• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: книжный червь (список заголовков)
14:53 

Х. Мураками, "Страна Чудес без тормозов и Конец Света".

Следуй за белым кроликом (с).
Эту книгу мне было очень сложно читать, потому что в ней как априорное и само собой разумеющееся (не требующее особой рефлексии) подано то, что мне представляется болезнью современного общества (но что, однако же, в рамках самого общества болезнью обычно не считается).
Две главы за раз - предел моих воможностей, а уж три - запредельный предел, ибо я правда с большим трудом могу это всё выносить.

Но если не иметь в виду вот_это_всё, весьма любопытная вещь.
В ней представлены два полюса человеческого "я", два устремления сознания: активная, непрерывная деятельность (когда много-много всего происходит, и акцент на внешнем) и спокойное, вдумчивое созерцание (когда, на поверхностный взгляд со стороны, не происходит почти ничего, и акцент на внутреннем).
У Х. Мураками два эти полюса сочетаются весьма причудливым образом: сознательный выбор делается в пользу одного, подсознательный - в пользу другого. Но это если придираться к тексту)
Если не придираться к оному, оказывается, что два эти полюса постоянно чередуются, а т.к. для тебя лично оно - с оговорками - так и есть, наблюдать за этим здорово.

Но этот роман не просто так называют мистическим.
В нём нет погружения в нашу_реальность, потому что то, что принято называть "реальностью", там прямым текстом отрицается.
Автор словно бы сам прекрасно понимает условность реальности.
Наделяя своих персонажей (очень ярких индивидуальностей!) способностью мочь всё и совершенно непредвзятым видением, он, в общем-то, снимает половину вопросов.
Ибо "я могу всё, причём мне неважно, окружает меня привычный мир или лавкрафтовские монстры" - показатель широты сознания. Невозможно относиться к реальности как к реальности, когда твоя воля развита настолько хорошо, что исчезают какие бы то ни было границы.

Отлично показан современный город!
Мне очень, очень нравится идея про огромные подземные тоннели и гнёзда жаббервогов.
И про то, что почти никто из живущих в мегаполисе, не имеет о том понятия.
Ещё лучше (на мой вкус) показана "нирвана".
Кажется, автор не чужд рикловцам как Конец Света, как место, из которого выхода нет.
Где каждый делает что хочет - ценой потери собственной индивидуальности, ценой жизни других существ.
Где обитает отличнейший Страж, отделяющий тебя от твоей тени.
Где можно всё и ничего.

Прекрасно изображены механизмы психики.
Ты можешь мочь всё, но, если тебя поместить в новое пространство со своими законами и сказать, что выхода из него нет, предварительно почти лишив тебя памяти о себе самом, будет очень сложно в это не поверить.
Ведь глаза говорят, что выхода нет, другие люди утверждают то же самое, и только твоя ослабевшая тень заявляет, что так не бывает. Что выход можно найти там, где можно всё; но чтобы решиться воспользоваться этим выходом, нужна нетривиальная сила духа.

А мы ведь и правда ничего не можем, когда не помним себя)
И живём по этим многочисленным, созданным цивилизацией правилам, соблюдая абсурдные законы и запреты.
Не умея смотреть на себя самих со стороны, зато увлечённо осуждая образ жизни других.
... Проблема в том, что помним себя мы весьма редко.

Но вот, как я уже писала вначале, с моралью в этом романе дела обстоят весьма грустно.
Точнее, как)
Искусно создаётся видимость про "весьма грустно".
Настолько искусно, что хочется выкинуть эту книгу куда-нибудь и недочитывать.
... Но оказывается-то, что главный герой на наших глазах постепенно, по кирпичику её выстраивает.
Небывалое самообладание, выносливость, стойкость, упрямство и, главное, стремление решать и выбирать.
В очень непростых ситуациях; там, где выбор буквально определяет дальнейшую судьбу.
Там, где проще выбрать другой вариант, - но тогда окажешься перед необходимостью сделать вид, что мораль, которую ты так кропотливо собираешь, эфемерна, не существует - главным образом, для тебя самого.
Идея личной моральной ответственности за совершенное твоим подсознанием, за то, что ты никак не мог контролировать, прекрасна.

Об этой книге можно говорить очень долго.
Я её не люблю, но она чудесна.
И нет в этом никакого противоречия)
Цитировать не буду: то, что я хотела процитировать, я уже цитировала тут пару дней назад.

@темы: в зеркале моих восприятий, книжный червь

00:40 

Платон, "Парменид".

Следуй за белым кроликом (с).
Смешанные чувства я испытываю после прочтения этого диалога.
Когда я пыталась его прочитать полтора года назад, мне казалось, что я сродни Сизифу, настолько неподъёмной представлялась мне эта глыба.
В других диалогах Платона всё-таки больше морали, и потому они понимаются легче.
"Парменид" же - не больше не меньше - о едином (которое у Платона - если рассматривать чисто логически - почему-то постоянно является не_единым, но при этом единое).
Если ты не приучен думать в таких категориях, если все эти слова тебе ни о чём не говорят, этот диалог хорошо если не слёзы вызывает.
Но времена меняются)

Как-то раз июньской ночью, когда мне негде было ночевать в Москве и я просто бродила по ней до открытия метро, я зашла в книжный, который раньше что-то для меня значил.
Он бы и сейчас значил - но, к моему неприятному удивлению, на месте одного сетевого магазина я той ночью нашла другой сетевой (а вот эту вторую сеть я не люблю).
Если в прошлом книжном можно было посидеть на диванчике (почему я сюда и зашла, проведя на ногах почти весь день), в этом такой возможности нет, ну и книг тут, собственно, почти нет.
Развернуться и выйти я не могла, частью потому что моим ногам действительно нужно было передохнуть, частью потому что там, за окном, шёл дождь, под которым мне не хотелось лишнее время мокнуть.
И я принялась ползать от стеллажа к стеллажу, в общем-то и не надеясь что-то тут найти.
Тогда мой взгляд упал на "Великих посвящённых" Э. Шюре.

Я ничего не знала ни об этой книге, ни о её авторе.
Просто раскрыла, начала читать - и поняла, что она мне очень нужна.
И правда.
Тогда, летом, она, конечно, оказалась ни к селу ни к городу, но после похода и "В поисках вымышленного царства" Л. Гумилёва - тем самым, невероятно важным, которое давно ищешь.

Это я всё к тому, что Э. Шюре, как недавно мне рассказали ребята, из антропософских кругов.
Книжка же, по сути, энциклопедия для начинающих обзор по истории духовной мысли, но - в силу специфики предмета и автора - сделанный далеко не только на словесном уровне.
... Помещённый в такое обрамление диалог "Платона" перестаёт казаться чем-то неподъёмным, нечитаемым и даже абсурдным.
Напротив, ты восторгаешься тем, насколько упорен автор в поисках подходящей формы для своей мысли.
Пусть это только фрагмент, но как филигранно обработанный!)

Хотя всё равно, конечно, требуется нетривиальное мысленное усилие, чтобы распознавать, понимать и удерживать данный текст.
Плюс слишком очевидно, что, если тебе ясен хотя бы 1%, это уже хорошо (но вряд ли он тебе ясен).
Но невероятно здорово, когда есть куда встраивать!
Ты словно задачу по математике, материализованную перед твоим взором, решаешь.
(А теперь повернём в эту сторону; а теперь посмотрим с этого угла - и т.п.).
Красиво)

читать дальше

@темы: чужими словами, книжный червь, воспоминательное, в зеркале моих восприятий

02:05 

К. Грэм, "Ветер в ивах".

Следуй за белым кроликом (с).
Не довелось мне встретиться с этой книгой в детстве, а она, между тем, прекрасная)
Особенно в несюжетных своих частях.
Читаешь на ночь главу - и снятся добрые сны, потому что текст словно пронизан умиротворением, чуткостью, любовью.
Потому что многое оживает внутри тебя, включая различные природные пространства.
Потому что здесь так просто говорится о дружбе и здоровых взаимоотношениях, о жизни твоей мечты.

... Прекраснее главы "Играющий на свирели у ворот рассвета" только глава "Dulce domum".
Мне она нравится, потому что в ней осуществлен не один непростой моральный выбор.
(Когда непонятно, что предпринять, но наличие цельных моральных установок помогает не просто выстоять - принять здравое решение).
И потому что, наверное, я слишком хорошо понимаю, что чувствует Мол.
И мне радостно оттого, что в этой истории у него есть Рэт.
Почаще бы Молам так везло!)

В главе про свирель внутренняя красота смешивается с внешней.
В ней невероятно трогательно приоткрывают завесу в духовный мир.
Можно улыбаться и восхищаться, но за моральными поступками всё-таки не сюда :)

Но как здорово крот учился управлять лодкой!
И какие атмосферные друзья устраивали пикники на берегу реки!
И как круто проваливались под снег!))
И как надувался мистер Тод!))
Чудесно)

@темы: в зеркале моих восприятий, книжный червь

14:41 

М. Фрай, "Слишком много кошмаров", "Вся правда о нас".

Следуй за белым кроликом (с).
Я не любитель Фрая, но эти две книги попались мне очень вовремя.
Как в старые добрые времена: нужна инструкция - вычленяешь из произведения близкие тебе сейчас цитаты.
Произведение от этого любимее не становится, но ты очень ему благодарен.

Почему не люблю?..
Да потому что не верю.
И более того, не хочу верить.
Я искренне восхищаюсь тем, насколько точно здесь прорисованы - да те же законы Мироздания.
Я симпатизирую сэру Максу, потому что мне близки его переживания, мысли, чувства и что там ещё.
Я радуюсь тому, что добро неизменно побеждает; тому, насколько чистые и искренние здесь взаимоотношения между персонажами. Движению, в конце концов (в т.ч. авторскому).
Но сам мир для меня конструкт.
Милый, непритязательный, в чём-то даже красивый...
Нечестный такой. Сновидческий.

В мире А мы не справились, зато в мире Б обретём, наконец, то, чего были лишены.
Крутыми способами обретём, ни разу не схалтурим; легко не будет, не страшно - тоже.
Всё так :)
Но это как глава "Dulce domum" в "Ветре в Ивах".
Разница в том, что Мол нашёл в себе силы вернуться.
А сэр Макс - пока (?) нет.
Но, может, ещё вернётся.
Пахнет этим.

... Но в остальном, очень здорово, конечно.
Пока я придираюсь к бездне между мирами А и Б, мир Б становится ощутимо человечнее. И мудрее. Трогательнее и ближе.
Радостно за этим наблюдать.

Очень много цитат.

@темы: в зеркале моих восприятий, книжный червь, чужими словами

14:52 

Л. Гумилёв, "В поисках вымышленного царства".

Следуй за белым кроликом (с).
Бывает такая научная литература, от которой захватывает дух.
Не потому что автор делает всё мыслимое и немыслимое, лишь бы его текст понравился читателю (в таких случаях как раз-таки зачастую открываешь и закрываешь работу), но потому что широта мысли учёного превосходит для тебя все пределы.
"Это ж надо так видеть!" - восхищаешься ты и не можешь оторваться от книги.

Нет, тебе не близко такое мировидение.
В нём ты не находишь того самого главного, что делает для тебя каждый новый день новым днём.
Однако полёт духа, огонь, разумность, доказательность у этого труда не отнять.
И если есть наука история, то это книга (на мой взгляд) - её квинтессенция.

... Я не думала, что хочу что-то знать о монголах (да ещё и настолько неповерхностно).
Но меня даже не спросили!
Меня провели через несколько веков истории Востока (про которые я, естественно, ничего не знаю, потому что какое-то представление имею лишь об истории своей страны), тут же отпечатавшихся внутри какой-то из своих сторон (обычно они вылетают, словно жар-птицы, в тот же день), и у меня возникли вопросы. Много вопросов. Но главный: где бы ещё найти сочинения такого уровня?..

Т.е., понимаете, в чём фишка. Изначально Л. Гумилёва волнует один конкретный вопрос: существовало ли царство пресвитера Иоанна, описанное, в частности, в "Сказании об Индийском царстве"?
С обывательской точки зрения, это вообще не проблема)) А если и проблема, то решаемая малой кровью.
Л. Гумилёв посвящает ей всю книгу.
При этом он даёт читателю возможность следовать за ходом своих рассуждений.

И вот, следуя, ты внезапно обнаруживаешь, что действительно, чтобы найти ответ на этот вопрос, нужно тщательным образом изучить историю восточных народов вплоть до 14 века, проходя, словно по канату, между фальсификациями, с одной стороны, и тьмой непонятно откуда взявшихся (зачастую исковерканных) фактов, с другой.
Где-нибудь в самом центре поместить историю о дружбе, поставив перед читателем (и собой, разумеется) провокационно-болезненный вопрос: а имело ли место предательство?
Завершить же, безусловно, исследованием "Слова о полку Игореве" (непонятно, кстати, совершенно, почему на филфаке не читают это исследование), после прочтения которого кажется, что твой мир никогда не вернётся на то место, с которого сдвинулся.

Я не могу проверить Л. Гумилёва)
Я не могу даже утверждать, что он прав / не прав.
Но это для меня имеет значение в последнюю очередь.
Человек так увидел, человек так мыслил, человек совершил невозможное, перевернув привычные представления с ног на голову, и дал возможность за этим наблюдать.
Уже этого так много!..
И живая история, конечно. Жи-ва-я. Поразительно!

@темы: книжный червь, в зеркале моих восприятий

22:43 

Следуй за белым кроликом (с).
Читаю Лавкрафта, чтобы расширить свои знания о мире :)
И вот что удивительно.
Он пишет о всяких ужасах так, будто всерьёз их боится. Будто есть предел у познания, и его мифическая вселенная находится за оным (в этом, как кажется, и конфликт, и безысходность, и трагедия).
При этом между ним и изображаемой им же реальностью ощущается барьер (возникающий вследствие этого самого страшного "непознаваемо" ). Автор словно бы пытается отстраниться, как следствие, я ему не верю (хотя рассудком очень даже верю) и, соответственно, не боюсь.
Иначе говоря, в моём сознании тоже возникает этот барьер.
Я не отрицаю лавкрафтовского мира, но он существует как бы параллельно моей реальности.

В то же самое время я смотрю 3-й сезон Твин Пикс.
Честно говоря, я не ожидала таких масштабных перемен))
Перемены отличные; всё то, о чём первые два сезона говорили вскользь, как бы исподтишка, теперь выплыло наружу.
И замечательно))
Но причём тут Твин Пикс?

Притом, что в нём рассказывается о явлениях, намного более страшных, нежели те, что описал Лавкрафт.
Однако они предельно реальные (с частью из них мы сталкиваемся каждый день, хотим мы это признавать или нет), не возникает никакого барьера, хотя подчас форма практически лавкрафтовская.
Просто дело не в форме))
Дело в том, что речи не идёт ни о какой непознаваемости.
В "Твин Пиксе" только и делают, что познают)
От этого и страшнее, и светлее.
Страшнее - потому что нет надежды (всегда есть что-то, что просто есть, с чем пока никак не совладать); светлее - потому что надежда есть (но какой бы страшной жуть ни была, познание её возможно, даженом пр если начинать приходится с общих закономерностей её появления в данном пространстве).

Но и Лавкрафт, и "Твин Пикс" по-своему прекрасны.
(Хотя лавкрафтовские образы могут подолгу стоять перед глазами, и это не чтобы очень радует :) Вот сдался мне тот же Дагон! А после некоторых эпизодов "Твин Пикса" с трудом перемещаешься по квартире: что-то сродни лёгкой форме оцепенения с тобой случается).
Здорово, что кто-то о таких вещах говорит!..

@темы: фильмография, книжный червь, в зеркале моих восприятий, а - так

03:49 

Следуй за белым кроликом (с).
От Ярк прилетел ко мне флешмоб про хорошие новости.
Пожалуй, что тоже: очень вовремя)
Правила у него: "неделю постить по пять хороших новостей каждый день, осаливать по три ПЧ".
Осаливаю тех, кому он по той или иной причине сейчас актуален.

Первый день.

Второй день.

Третий день.

Четвертый день.

Пятый день.

1. Сегодня на меня не нападал демон генеральной уборки, тем не менее несколько часов подряд я пылесосила в комнате и в прихожей. И это счастье! Это ж и дышать легче, и думать, и просто радуешься тому, что пространство на толику прочистилось. А ковры! Всё ведь ради них затевалось. В них, конечно, ещё много пыли и грязи, но всё-таки значительно меньше, чем было. Можно стелить их обратно)
2. А потом я помыла то, до чего дотянулась. И это ещё большее счастье, потому что, кажется, помыть этак ещё раз 10 - и в этом пространстве можно будет жить)) мытьё про свежесть, про новое дыхание и настоящесть.
3. Настя мне сегодня читала свой фанфик, и я удивилась. Потому что он написан... взрослым литературным языком. И то, что написано, - красиво. Славно!
4. А ещё Настя сегодня долго и упорно рассказывала мне про аниме "Хвост феи". Сначала я не очень внимательно слушала, потому что мне есть о чём подумать и без этого аниме. Но потом что-то перещёлкнуло, и я вдруг увидела, что она говорит серьёзно. В том плане, что принято разделять разговоры как минимум на беседы и болтовню. Так вот Настя не болтает. Она рассказывает с таким чувством, что в воздухе едва не начинают летать драконы. Ты отчётливо представляешь, о чём она говорит и почему это имеет смысл (и не только для неё).
5. Ни в Ленте, ни в Перекрестке не было немытой моркови, а гречневую лапшу с овощами и грибами я всё-таки намеревалась приготовить. Поэтому вместо привычных лука и моркови я взяла свёклу и помидор и потушила их вместе с шиитаке и зелёной фасолью в соевом соусе.
Я думала, получится несъедобное нечто (мало того что свёкла; ещё и помидор!). Но оказалось, что это вполне себе хорошо)) Т.е. я бы не постеснялась кого-нибудь таким накормить :)
Лучше, кажется, правда, обходиться без фасоли (по крайней мере, без замороженной ашановской, потому что она несъедобная); но в остальном - всё на месте.
Особенно интересно проявляют себя помидоры: они по вкусу начинают напоминать пасту, но сохраняют целостность формы и отлично сочетаются со всеми прочими ингридиентами (я опасалась, что не будут).

запись создана: 04.06.2017 в 01:05

@темы: человеки!.., распорядок жизни в коммуналке, мухомор - гриб несъедобный, впрочем... (!), кружок по плетению мыслей, чужими словами, книжный червь, в объективе, в зеркале моих восприятий, а - так

04:20 

А. де Сент-Экзюпери, "Маленький принц".

Следуй за белым кроликом (с).
Я честно не люблю эту историю.
Мне не нравится мир, который в ней показан, точнее, я просто в него не верю (и не хотела бы верить).
Меня категорически не устраивает целый ряд мыслей.
Но как бы там ни было, история необыкновенная)
В ней просто показаны сложные вещи, просто и честно, так, как - кажется - никто не делал, и это прекрасно.

На самом деле, тут как с Театром дождей)
Я готова терпеть (почти) всё, кроме печальной меланхолии / безнадёжности / никуда не ведущей грусти.
Они замурованы в "Маленького принца" как в старинный замок, и выхода из этих пут отчаяния автор не показывает никакого.
Просто так оно есть в этой истории, и почему-то считается само собой разумеющимся)

Отдельно мне очень не нравится всё, что сказано про привязанности.
Потому что это какой-то гимн оным)
И опять же - закрепощение в мирке, из которого никакой лазейки.
Да, про это, пожалуй, важно говорить, т.к. в мире слишком много безразличия.
Но что же теперь, всех со всеми свяжем?..
А к остальным (т.к. всех всё-таки не получится) будем относиться как к тем тысячам роз, которые не как моя роза?..
И - хуже - будем нести ответственность за других?))
"Не ты за себя в ответе, но я за тебя!"
Что ж за жуть мы получим таким образом?..

Но мне нравится, что происходит в конце.
Как они бредут по пустыне и находят родник.
И как самолет удаётся починить.
Это прямо-таки по-настоящему)
Какой-то тот самый правильный ракурс.

А вот со змеей эпизод не люблю. С детства.
Зло как оно есть.
К чему оно может привести?..
Но сама по себе идея интересная, наверное.

Живой текст, но намного-намного больше я люблю "взрослые" повести Экзюпери.
К ним у меня не возникает вопросов.
Они по-другому и о другом.
Но про них не сегодня)

Цитаты.

@темы: в зеркале моих восприятий, книжный червь, чужими словами

02:34 

Джон Р.Р. Толкин, "Властелин колец".

Следуй за белым кроликом (с).
Не помню, как вышло так, что я не читала эту книгу раньше.
Как бы там ни было, я рада, что добралась до неё именно сейчас.
Очень, очень рада.

Меня сложно зацепить текстом.
Сюжет как таковой мне не интересен, характеры - тем более.
В книге я ищу того же, что в симфонии: модель Мироздания.
Если я там не нахожу стремления постичь (или хотя бы описать) законы Вселенной, я не очень понимаю, зачем мне читать дальше.

"Властелин колец" меня зацепил.
Его очень трудно было не читать взахлёб - хотелось поскорее посмотреть на то, как автор видит то или иное явление.
И, как и в случае с Экзюпери, узнать те переживания, которые неоднократно испытывал в реальности.
*Вот идут хоббиты пешком к Раздолу - и ни словечка лишнего в описаниях нет. Поразительно!*

Но это частности.
Восхищало-то, что оно ровно так и есть)
В этом произведении очень точно показаны не только основные действующие во Вселенной силы (наличие и Мордора, и Изенгарда прямо-таки греет душу)), но и те законы (и природные, и не только), по котором в оной течёт жизнь.
Пожалуй, самым значимым для меня моментом стала глава про Тома Бомбадила.
Такого, чтобы спустя 1000 страниц встретить в тексте его имя и начать думать его стихами, со мной раньше не случалось.
Но вот, оказывается, и так бывает)

... Мысль о том, что нужные люди окажутся в нужное время в нужном месте, если не устрашатся / если их мягко направить, тем самым приложив недостающее усилие, очень филигранно проходит через весь текст.
Не фатум и не отрицание оного - судьба, которой может до определённой степени управлять цельная личность.
Баланс, который можно чувствовать или не чувствовать.
Чтобы иметь право на него воздействовать, нужны сила стремления, искренность порывов, мужество.

Идея верности и бескорыстного служения силам добра.
Красоты, если угодно.
Здесь нет места личному (потому что индивидуализм на службе у зла); здесь просто 9 добровольцев-хранителей идут в такую жесть, которую и помыслить сложно (одна метель в горах там чего стоит).
Не чтобы мир спасти :), чтобы максимально хорошо сделать то, что они могут сделать.
И если максимально хорошо предполагает смерть, они пойдут на неё без раздумий и сомнений (в этом смысле особенно изумляет эпизод, в котором Арагорн собирает войско, чтобы идти к Мордору; неоднократно подчеркивается при этом, что направляются они туда, дабы умереть).
И в этом "без раздумий и сомнений", в этом живом порыве, как кажется, ключ.
Т.е. это же не значит не подумав (очень порой трудно Арагорну и Гэндальфу даётся выбор того или иного решения). Это именно что помыслив - где мысль не абстрактная логическая схема, но интуиция (в основе которой в т.ч. и глубокое чувство).

... А иначе не пойдёшь, например, по тропе мёртвых.
Ведь даже самые сильные и храбрые воины считают это безумием.
Если они отправятся туда, считая так, они не вернутся.
И не возьмёшь Горлума в провожатые.
И не будешь несколько дней бежать по следам орков.
(Рассудок в этом смысле предельно предсказуем и труслив; но себя он покажет как самого смелого и рассудительного на планете).

И никто не знает ни как сложится, ни сложится ли.
Да, кто-то может предвидеть будущее.
Но если кто-то недостаточно мощен, он видит лишь то, что ему показывают (одну какую-то грань, которую далее трактует по-своему, ибо включается рассудок).
Если же в ком-то силы много, он понимает, что это лишь одна из вероятностей.
Что само по себе оно так не произойдёт: нужно чтобы в каждой "пешке" достало самоотверженности честно, бесстрашно делать своё дело.
И твёрдости, непоколебимости, уверенности - в них самих.

Вот и выходит, что любви оказывается качественно больше, чем страха.
Разной любви, хотя чаще духовной.
В этом смысле угнетают последние страницы произведения.
С точки зрения любви духовной, всё там хорошо.
Фродо, Гэндальф, Бильбо уходят туда, где им будет лучше.
Понятно, что все они одно; что они не перестанут любить друг друга и т.п.
Но с точки зрения любви душевной, это какой-то ад.
Они-то ушли, а Сэм остался.
И вот ему - как быть?
Он ведь душой привязан к господину Фродо.
И никакая семья ему его не заменит.

В этом месте мне стало очень тяжело писать, поэтому я, пожалуй, пойду поклею обои)
Оставлю вам цитаты - правда, они весьма специфичные на этот раз.
(Тот случай, когда, если и цитировать, то всю книгу).
... Очень космичный текст.
Добавлю только, что он мощно срезонировал мне сейчас; подсказал, как перераспределить ресурс; напомнил про крылья и много про что ещё.
Дал возможность поклеить обои.
И просто хорошо так встряхнул.
Как же тут всё (на мой взгляд) правильно!.. (Ну, кроме роли женщин))
P.s. Rак не полюбить всей душой эльфов.
Цитаты.

@темы: чужими словами, кусочки счастья, книжный червь, в зеркале моих восприятий

04:37 

Борхес, "Сад расходящихся тропок".

Следуй за белым кроликом (с).
"Он озирает мир мышления, как любитель антикварную лавку, и его литературные комнаты меблированы с таким же изысканным вкусом, но и с такой же пестротой, как дом этого дилетанта" (с).
Я бы не сказала сейчас про Борхеса лучше.

То есть я ведь любила его очень когда-то.
Мне как будто нравилось то, что он делает, мне казалось таким необычным и глубоким то, что он думает.
Но сейчас я беру в руки книгу - и она рассыпается на кучу осколков.
Пус-то-та; за каждым словом, за каждым причудливым вывертом.

Это всё, должно быть, очень субъективно.
Наверняка же сказывается на моём отношении к текстам этого автора моя общая нелюбовь к интеллектуализму и постмодернизму.
Но я про/перечитала цикл "Сад расходящихся тропок", кое-что из более раннего и некоторые поздние стихи и могу сказать вот что.

В прозаических текстах я нашла оболочку - красивую, продуманную, претендующую на глубокое содержание, однако не имеющую никакой связи с оным.
Это как кто-нибудь прошёл бы мимо прекрасной бабочки и рассказал бы, к какому классу она относится, какое строение имеет, а потом - для пущего эффекта - пришпилил бы её к себе на грудь.
Очень много знаний, информации (нетривиальной, малодоступной) - и при этом ни крупицы чувства.
Возможно, потому и возникает эта жутковатая игра со всем, что свято и не свято.
А как его почувствовать, чем?..

... И вот я открываю стихи, потому что они из книги "Хвала тьме".
Мне непонятно название, и хочется прояснить для себя, что автор за ним утаивает.
И в этих стихах я вдруг обнаруживаю душу.
Чувство, словно бы не вполне оформленное; простую такую мысль.
Никаких умничаний, игр, плясок.
Поиск, который, правда, по признанию автора, едва ли не завершён.

Борхес тоже говорит про непознаваемость мира; но у него ещё мрачнее, чем у Канта, выходит; в отдельных произведениях он как будто стремится к смерти; а в отдельных - не очень понятно, к чему.
К познанию собственного я через откровение, предположила бы я.
Тьма у него оказывается неким экзистенциальным началом.
Тем, что остаётся, когда отброшена вся мишура.
... Радостно, что он пришёл к этому.
Хотя, по ощущениям, он и себя пытается разгадать так, как разгадывает загадки его герой Исидро Пароди.
Впрочем, с собой-то так всё равно не выйдет)

Принято восхищаться "Вавилонской библиотекой", "Садом расходящихся тропок", а я вижу в них игру ради игры. Притом в последнем случае весьма жестокую.
А в стихах (очень наивных для меня местами, зато искренних) вдруг жизнь, проступание себя.
И для меня это на порядок ценнее.
Но я, возможно, просто не доросла.

"Старость (как её именуют другие)
это, наверно, лучшее время жизни.
Зверь уже умер или почти что умер.
Человек и душа остались.
Я живу среди призраков - ярких или туманных,
но никак не во мраке. <...>
Мир мне всегда казался слишком подробным. <...>
Моя полутьма болезненна и неспешна,
скользит по отлогому спуску
и похожа на вечность.
Лица друзей размыты,
женщины - те же, какими были когда-то,
а кафе, вероятно, свосем другие,
и на страницах книг - ни единой буквы.
Кого-то, должно быть, пугают такие вещи,
а для меня это нежность и возвращенье.
Из всех поколений дошедших доныне текстов
я в силах прочесть немного:
только то, что читаю на память,
читая и преображая.
С Юга и Запада, Севера и Востока
дороги сбегаются, препровождая меня
к моему сокровенному центру. <...>
Теперь их можно забыть. Я иду к моему
средоточью,
к окончательной формуле,
к зеркалу и ключу.
Скоро узнаю, кто я".

@темы: книжный червь, в зеркале моих восприятий, чужими словами

01:36 

Гёте, "Фауст".

Следуй за белым кроликом (с).
К этому тексту я отношусь неоднозначно.
Вначале он приводил меня в восторг: я подчёркивала хорошо если не каждый абзац, будучи поражена глубиной мысли, силой образов, смелостью.
Но впоследствии я перестала понимать "Фауста" в принципе.
Он стал слишком сложным для меня; ниточки перестали сходиться.

Ну т.е. как.
К "Фаусту", в отличие от "Мастера и Маргариты" у меня нет вопросов про то, какие силы тут изображены (может быть, зря, кстати, их нет).
Вот есть Мефистофель - и он однозначно Сатана (Ариман).
Правда, в самом-самом начале этого по нему как будто не скажешь.
Совершенно ведь не ясно, что он делает среди архангелов и почему как будто подчиняется богу.
И что это за спор такой вдруг странный у них про доктора Фауста.
И чего ради Мефистофель становится едва ли не слугой главного героя.

Но далее его сущность развёртывается стремительно, и вот вопросов уже и нет.
Зло ради зла.
Никогда не мелочное, потому что ужасное.
Потому что, что бы Мефистофель ни делал исключительно по своей инициативе, он стремится либо уничтожить, либо поработить, т.к. ненавидит человека.

"Я отрицаю всё - и в этом суть моя.
Затем, что лишь на то, чтоб с громом провалиться,
Годна вся эта дрянь, что на земле живёт.
Не лучше ль было б им уж вовсе не родиться!
Короче, всё, что злом ваш брат зовёт, -
Стремленье разрушать, дела и мысли злые,
Вот это всё - моя стихия".

Чего он только ни может, какими толпами ни управляет, какой волей ни обладает, сколько людей ни сбивает с пути - а всё-таки, вопреки всем договорам, не получает души доктора Фауста.
Почему?
... И вот тут для меня становится слишком сложно.
Я не знаю, почему.

Да, Фауст не становится злым человеком (хотя где начинается его мораль, вопрос для меня пока риторический).
Тем более он не становится мелочным.
До последней минуты своей жизни он стремится, и стремления его, мягко говоря, мощны.

Не много не мало он летает; в каком-то смысле, меняет прошлое; пребывает на границе миров, в которых не чувствует себя чужим и беспомощным; подчиняет себе стихию.
Применять к нему земные мерки бесполезно.
Нет смысла, например, говорить, что он поступил безнравственно по отношению к Гретхен.
Он вообще никак по отношению к ней не поступал (за исключением, наверное, того эпизода, когда он попытался вызволить её из темницы).
Но как это всё уместить в голове и в сердце?..

... По сути, определяющим в поэме является наличие стремления в его чистоте и силе.
Не воли, не желания - но неустанного поиска истины на Земле и за её пределами.
Т.е. Фаустом ведь не владеют ни страсти, ни вожделения)
И при этом мы постоянно видим, как он с головой погружается в них.
... Противоречия тут нет, потому что задача героя всё-таки - познание (он хочет всё испытать, чтобы взгляд стал более многогранным и - что ли - объективным).
Он потому и вне морали, в каком-то смысле.
И потому и не оказывается связанным никакими договорами.

"Не радостей я жду, - прошу тебя понять!
Я брошусь в вихрь мучительной отрады,
Влюблённой злобы, сладостной досады;
Мой дух, от жажды знанья исцелён,
Откроется всем горестям отныне:
Что человечеству дано в его судьбине,
Всё испытать, изведать должен он!
Я обниму в своём духовном взоре
Всю высоту его, всю глубину;
Всё счастье человечества, всё горе -
Всё соберу я в грудь свою одну,
До широты его свой кругозор раздвину
И с ним в конце концов я разобьюсь и сгину!"

И это то, что не понять Мефистофелю.
Для него-то как раз всё определено что ли.
У него есть представления о том, что хорошо, что плохо.
А у Фауста их нет.
Потому что у истины (до которой Мефистофелю как будто нет дела) их нет.
... Вот и получается, что "часть вечной силы я, всегда желавшей зла, творившей лишь благое".

Выходит, что дело не в этической стороне вопроса, но в силе стремления.
В том, чтобы сохранить верность ему в пику мелочности, удобствам, ужасам, радостям.
Если, конечно, речь заходит о свободе, вытекающей из познания.
О свободе как предмете этого самого познания.
... Прекрасный текст. Этакое живое знание.
И про него не скажешь же, что о зле. Хотя казалось бы.

Много цитат.

@темы: чужими словами, книжный червь, в зеркале моих восприятий

05:01 

М. Булгаков, "Мастер и Маргарита".

Следуй за белым кроликом (с).
В романе Булгакова эпиграф из Гёте.
Совершенно не нарочно я сейчас перечитываю "Фауста" и искренне не понимаю, к чему он там.
Но давайте по порядку.

"Мастер и Маргарита" для меня роман о зле.
О зле мелочном и банальном, но принимающем, однако, вселенские масштабы.

Зло в романе для меня не Воланд и его свита.
Они ничего именно_злого не совершают, но, скорее, вскрывают те язвы, которыми усеяно Мироздание.
Выносят на поверхность то, что не для всех очевидно; порой весьма специфичными методами - и тем не менее.
Как точно подмечают ребята, восстанавливают справедливость.
(Показательна последняя сцена с участием Воланда и его свиты - в ней очень много высоты, глубины звучания, красоты, наконец. Поразительная она).

Зло в сознании.
В мелочности, в суетности, в приземлённости, в вечном недовольстве и неспособности совершать поступки.
В отсутствии личности как таковой.
... Можно было бы сказать, что это характеристика советского общества, например, но, кажется, что нет: действенная сила. Которая пронизывает собой весь текст и выбирается за его пределы: ты ощущаешь её почти физически, однако ни в одном из персонажей она для тебя не воплощена.

Добра в тексте в принципе не представлено.
Т.е., конечно, есть Иешуа - но в нём почти нет силы.
Есть Левий Матвей с ножом - но опять же ж.
Внезапно зато есть мир покоя, которым, вроде как, заведует Воланд.
Который тут в принципе едва ли не всем заведует.

... Он не похож на Мефистофеля.
Он мощен, город и неприступно тих, слишком возвышен, чтобы хотеть злого.
Я бы сказала, он хочет того же, чего обычно хочет добро: расширения человеческого сознания.
Но если для добра это цель, для Воланда, скорее, средство: ему мешают расставленные человечеством границы.
(Там, где лично его они не задевают, ему никакого дела до них нет).

Кто он, таким образом, непонятно.
Тот, кто уравновешивает зло, пока добро где-то растворилось?
Но где и с чего?..
По ощущениям, представляется, что Воланд не выбирал свою роль.
Как Фагот не выбирал ёрничать и делать мелкие пакости.
Просто ему было слишком скучно.
Просто почему-то так вышло.

... Очень здорово изображена тьма над Ершалаимом.
И те отдельные личности, которые в романе есть.
За Маргаритой невероятно увлекательно наблюдать, владелец "Грибоедова" прекрасен)
Сцена с вороными конями настолько космична, что перекрывает все предыдущие впечатления (после неё совершенно невозможно читать эпилог, например).

Должно бы всё это очень сильно негативно влиять, а не влияет почти никак (ну, подумаешь, свет в ночи в комнате включается, подумаешь, с бесами сталкивает).
А уж после финальной сцены и мысли о подобном влиянии не возникает: напротив, она вдохновляет на что-то более высокое, нежели имеющееся в тебе сейчас.
И, однако, добра тут близко не стояло.
Кого же изобразил Булгаков?..

@темы: в зеркале моих восприятий, книжный червь, под знаком вопроса

17:10 

Следуй за белым кроликом (с).
Тут не так давно Полина заводила разговор о восприятии художественной литературы.
О том, как кто читает, всем ли показывают кино в голове, и т.п.
Я пыталась об этом думать, но очень плохо у меня сейчас с переводом чего бы то ни было в текст.
Оно, вроде, и о том, а вроде, и нет.
Процитирую себя же, однако.

Почти любой текст для меня - источник познания мира. Мне не очень важно, о чём он, - и одновременно предельно важно. Меня не интересуют сюжет, взаимоотношения персонажей, идеи, атмосфера и т.п. сами по себе. Но я пытаюсь прочувствовать эмоции настолько глубоко, насколько получится, и затем в меру своих возможностей понять то, про что я читаю, в контексте собственного мировосприятия.
Наверное, те образы, которые я представляю, ближе к абстракциям.
Грубо говоря, в конечном счёте, это структура текста, вырисовывающаяся из суммы моих восприятий. Некий динамичный процесс, который не прекращает своего течения по прочтении.

Какого рода эти восприятия, зависит от текста.
Бездны ли, в которые погружаешься с головой, тончайшие ли напряжения, внезапные ли покой-тишина-радость.
Ты стремишься по возможности глубоко прочувствовать сказанное, не стать кем-то ещё, но нащупать в себе что-то созвучное. Дать свой ответ на уже данный ответ.
И уже потом (точнее, почти одновременно) собрать текст из этих взлётов-падений в некий единый организм. Учтя и параллельный взгляд на него как на некую абстрактную схему, как на совокупность мыслей.
Собственно, в процессе сборки для меня и заключено познание, с одной стороны. А с другой, оно начинается в тот момент, когда вырисовывается организм.


Кино мне не показывают никогда, картинки могут присутствовать (если я их сознательно не блокирую), но, скорее, фоном. Т.е., т.к. я всегда проговариваю про себя текст, который читаю, я могу сказать, как, например, выглядел Воланд на балу.
Но внутри моей головы эти восприятия разрозненны.
У меня отдельно летает клетчатый пиджак, отдельно - треснутое пенсне (если в принципе летают), отдельно - худоба и т.д., но при этом Коровьева с Азазелло я не перепутаю.
Потому что совокупность ощущений (эмоциональных) от персонажа в одном случае не совпадает с совокупностью ощущений в другом.
И эта совокупность ощущений, воспринимающаяся как нечто единое, целостное, по-видимому, (для меня) и составляет образ.

@темы: книжный червь, в зеркале моих восприятий, а - так

16:47 

И. Ефремов, "Час быка".

Следуй за белым кроликом (с).
С этой книгой у меня всё очень неоднозначно.
С одной стороны, она крутая. Кажется, что автор залез в твою голову, вытащил оттуда основные мысли, жизненную позицию и прочее, добавил нное количество нетривиальных идей - и вот получился текст.
Думается поначалу даже, что И. Ефремов из посвящённых, - настолько правильно, чётко и по делу он говорит.
(Т.е. я правда раньше не встречала художественных произведений, в которых мышление настолько бы просто_и_понятно ставилось во главу угла; в которых бы постулировалось: формирование мышления неотделимо от духовного роста, сначала духовно-душевная гигиена, потом всё остальное; в которых бы неприкрыто рассказывалось о прогулках по канату меж двух бездн).

Но коль скоро сам автор на каждом шагу использует термин "диалектическое единство", было бы странно не сказать о другой стороне. Которая уже не настолько светла и прекрасна.
... Я иду по корпусу Бенуа - рассматриваю картины Айвазовского. Но все те 2,5 часа, что я там, я борюсь с какой-то внутренней жестью. Жесть пытается возмущаться тем, что у людей вокруг отсутствует элементарное понятие о культуре; что все толкаются, непрерывно фотографируются с полотнами, загораживают обзор, даже не задумываясь о том, что его загораживают, и т.п. Оно всё правда имеет место. Об этом непрерывно бурчат смотрители и некоторые посетители. Но тут ведь как)

Когда недавно один мой знакомый скинул мне ядовитую статью, в которой чуть ли не матом обсуждалось, насколько в России всё плохо (в плане грязи на улице и прочих околосоциальных штук), я взяла себя в руки и мирно спросила: зачем? Зачем ты скидываешь мне статью, в которой проиллюстрирован твой взгляд? Я ведь отлично знаю твой взгляд, равно как и ты представляешь, что мой ему диаметрально противоположен. В статье нет ни крупицы нового. Так какой же смысл во всей этой комедии? Что ты хочешь мне тем самым сказать?..
(Человек почему-то не ожидал такого поворота разговора и не смог мне вразумительно ответить на вопрос).

Я это к чему)
За грязью на улицах далеко ходить не надо.
Но ты можешь либо фокусироваться на ней и быть бедным-несчастным-всеми обиженным, не радоваться тому, что видишь перед собой (представляете, это же ты каждый раз, выходя на улицу, впадаешь в депрессию! кажется, что при таком раскладе лучше и не выходить))), мечтать о лучшей жизни в Европе, либо же, например, отыскивать красоту. Как бы серо и слякотно ни было за окном, выходить туда и учиться видеть. Это работа, поначалу трудно выполнимая, но она полностью меняет твой взгляд.

Возвращаясь к выставке.
Когда обнаруживаешь в себе желание кого-то осудить / покритиковать (коего не было в Москве на той же самой выставке, хотя, подозреваю, что людей там было на порядок больше), ощущаешь, что попал в западню.
Критическое отношение смыкается вокруг тебя плотным кольцом, и ты все свои силы тратишь на то, чтобы удерживать себя, чтобы не поддаваться.
Потому, когда выходишь из музея, решаешь: во что бы то ни стало надо дочитать "Час быка".
Эту книгу вредно читать медленно; последствия, например, такие.

Т.е. Достоевского в этом смысле тоже вредно читать медленно.
Тебя зашвыривает в такие бездны, что мама не горюй.
Но у него нет оценки всего этого; это своего рода данность.
А у Ефремова это однозначно положительный момент, который для тебя - так же однозначно - негативный.
И, если копать глубже, то вот почему.

Ефремов во главу всего ставит мысль и человека.
И всё.
Он прямым текстом отрицает наличие в Мироздании высшего начала (считая человеческой глупостью оное там находить).
И ладно бы только прямым.

Прямым - это всё-таки вопрос к терминологии.
Не нравится идея Бога - хорошо, пусть будет мысль.
Но здесь, на первый взгляд, по крайней мере, скепсис.
Здесь популярная идея о том, что в истории мысли человеческой налицо некое развитие)
Что в философии как в физике: Платон и Декарт лишь ступени на пути к истинному знанию; то, что они говорили, - давно пройденный этап)))
... Очень поверхностно это всё. И высокомерно.

Хотя, ещё раз повторю, книга крутая (именно это слово, да), мудрая.
И если не читать медленно и вдумчиво, проглатывается)
На одном дыхании прямо-таки)
И до слёз.
Тебе очень часто неблизко поведение персонажей (очень у них странные представления об ответственности, как будто мысль расходится с делом; хотя стоит отметить, что автор в курсе, и зачастую, скорее, ставит вопрос), и вообще ты не веришь в такой финал, но они такие яркие и красивые)
Столько в них самоотверженности и мужества, честности и доброты...)

Очень, конечно, вовремя "Час быка" посмотрел на меня из шкафа)
Предельно актуально это всё для меня сейчас.
Но чтобы хоть что-то в этом понять, нужно перечитать)
Много цитат.

@темы: в зеркале моих восприятий, воспоминательное, книжный червь, чужими словами

03:15 

Следуй за белым кроликом (с).
В Москве ещё я совершенно внезапно для себя стоклнулась с одним из трудов Декарта.
Я решила взять первую книгу, которая мне попадётся в комнате, даже не с тем, чтобы её читать, - а выпал 1-й том "Сочинений" Декарта. И вот мама давно легла спать, а я сижу на кухне и взахлёб читаю "Рассуждение о методе, чтобы верно направлять свой разум и отыскивать истину в науках".
... Конкретно тогда чтение конкретно этого сочинения оказалось крайне уместным.
Настолько, что я привезла книжку с собой в Питер, и вот перечитала только что.

Я и в первый раз ощущала его мощь.
Но сейчас это нечто прекраснейшее.
Ибо простым языком говорится о материях, которые тебе на данный момент, мягко говоря, недоступны.
При этом... ты думал кое о чём из описанного и потому представляешь (точнее, не представляешь), какой силой мысли надо обладать, чтобы всё это самостоятельно разложить по полочкам (и это при том, что до Декарта никто в таком ключе в принципе не мыслил).
Да даже если бы не думал.
Читаешь всё-таки взахлёб и становится откровенно стыдно за себя самого.

Сейчас эта работа для меня ещё актуальнее, нежели месяц назад.
(Тут тоже про мышление, но с другого ракурса, который покамест ближе мне).
Пусть будет много цитат.

Цитаты.

@темы: чужими словами, книжный червь, воспоминательное, в зеркале моих восприятий

01:53 

П. Морвуд, "Жар-птица".

Следуй за белым кроликом (с).
В какой-то момент эта книга до меня добралась.
Я дочитала её в свои длинные московские каникулы, и это было чудесно)
Ибо она сама и есть сплетение чудес (в каком-то смысле).

Да, местами тут всё очень странно)
В том плане, что кажется, будто человек, что-то знавший, резко перестал знать что бы то ни было; а потом вернулся к истокам.
Это проявляется на каком-то точечном уровне (в каких-то отдельных, зачастую крошечных фрагментах) - но всякий раз настолько ярко, что ты дёргаешься, не очень понимая, как такое в принципе возможно.
(Но, наверное, ровно такое и возможно; оно всегда как-то максимально по-дурацки бывает))

Но в целом, здорово, конечно)
И местами прямо затягивает)
Так органично сюда вплетены любимые в детстве сказочные сюжеты)
*Не помню, когда меня в последний раз что-то затягивало - наверное, во времена ГП; тогда я старалась просто читать том за раз и очень огорчалась, если вдруг оказывалось, что пора выходить в музыкалку)) Очень... странное ощущение, за которым интересно наблюдать. Т.е. тебе ведь понятно, что именно затягивает (а потому ты в любой момент можешь себя остановить), но оно так трогательно что ли)*

Я не помню, как я любила в детстве волшебные сказки.
Почему я любила их.
Но сейчас я беру в руки текст Морвуда, и мне важно видеть, что фантазия тут не превалирует.
Что описываемое здесь мыслится до определённой степени реальным.
Не в сюжетном плане, но в засюжетном.
Что автор кое-что знает про законы Мироздания, хотя ясного понимания оных, по крайней мере в тексте, нет.
*Ты что-то видишь, ты каким-то образом с этим "что-то" взаимодействуешь, зачастую, наверное, так, что самому нравится, но дальше представления всё-таки не уходишь; бредёшь себе в темноте, возможно, даже не задумываясь о том, что, помимо оной, в мире присутствует, например, свет*.

И персонажи такие яркие и светлые)
И просто как-то по-доброму многое из того, что.
Волшебство - мягкое, перетекающее и в твою собственную реальность.
Решения, в которых самое важное - остаться хорошим человеком.
Что бы ни происходило, из чего бы ты ни выбирал, единственный критерий моральный.
И это настолько прекрасно (и настолько просто всякий раз описывается), что и не добавить ничего.
Тишина, отвага, душевность.
Удивительная совершенно гармония.

Радостно, что мне довелось прочитать эту книгу в это время в этом месте.
Вовремя оно очень)
Спасибо.

@темы: книжный червь, воспоминательное, в зеркале моих восприятий, сказка в дверь стучится

03:32 

Следуй за белым кроликом (с).
Пытаюсь читать "Феноменологию духа" - и чувствую себя весьма специфично :) Но часто и восторженно.
Прекраснейшая она.
Много цитат.

@темы: книжный червь, чужими словами

01:52 

Следуй за белым кроликом (с).
Вчера, когда я по дороге в Ашан читала "Войну и мир", я поймала себя сначала на восхищении, а потом на не дающем покоя вопросе.
Как получилось так, что русская армия не день и не два (а счёт прямо-таки на месяцы) шла по морозу в -18, не имея толком ни тёплой одежды, ни сапог, ни даже в достатке провианта, ночевала - основной своей массой - прямо в снегу и не унывала.
Т.е. да, Толстой пишет: "Напротив, никогда, в самых лучших материальных условиях, войско не представляло более веселого, оживленного зрелища. Это происходило оттого, что каждый день выбрасывалось из войска всё то, что начинало унывать или слабеть. Всё, что было физически и нравственно слабого, давно уже осталось назади: оставался один цвет войска - по силе духа и тела" (с).
Но мне - как индивидуальности - это ничего не объясняет.
Потому что я не могу себе представить.

Мне в палатке при нуле градусов и наличии тёплых вещей не очень комфортно.
И я могу ходить сколько-то дней подряд по морозу - но мне важно знать, что вечером мне будет где укрыться от него (а главное, от ветра).
Каким бы славным ни был костер, я едва ли ночь под его боком сумею переночевать.
И не только я.
Так как же описанное оказалось возможным?..

... Уверившись в том, что общество безнадежно обмельчало, я вспомнила Алтай.
Тот самый переход через мост в состоянии "у меня в глубоком минусе как физические, так и моральные силы", протянутые палки, вспыхнувшее внутри негодование (и на себя, и на тех, кто помог), волшебным образом восстановившее психологический ресурс, небольшой привал, на котором у меня закончился сухой паёк и я пыталась понять, что делать дальше при таком раскладе (на чём идти, если ни физических сил, ни еды нет).
И тогда меня обогнала группа из 4-х человек, с которой мы накануне вместе проходили перевал.
Я плюнула на все свои "не могу" и догнала их.
Дорожка была узкая, выматывающая (бесконечные спуски-подъёмы по корням), я никуда не торопилась, поэтому просто минут 20 шла вместе с ними.
Стоило мне приблизиться, как я почуствовала ритм группы.
Прошлогодний опыт с курумником подсказал мне: если где-то слышишь ритм, следуй ему.
Поэтому на те 20 минут, что я шла с группой, я включилась в их ритм - и то, что казалось непреодолимым, невозможным, то, на что не хватало никакого ресурса, растворилось в ладонях.
Место хаоса занял логос, стоило мне включиться.
Силы восстановились.

... Секрет в том, что у любой группы (от 2-х человек) может быть ритм.
Ритм возникает тогда, когда индивидуальное (обычно стараниями руководителя группы) растворяется в надиндивидуальном.
Когда все заняты одним общим делом и не думают о собственных благах.
Т.е. кому-то может быть тяжело, страшно, кто-то хочет остановиться и перекусить - но это либо говорится самому себе (и затем прожёвывается и выплёвывается), либо (если совсем припекло) - всем.
И тогда уже все (по факту, конечно, руководитель) решают, что делать в сложившейся ситуации.

Так вот там, где один человек сталкивается с трудностями лоб в лоб (и весь груз ложится на его плечи), группа выставляет защитный барьер в виде духа группы, тем более мощного, чем более гармоничен и слажен ритм.
Поэтому то, что один преодолевает с трудом, группа из 5-ти человек может и не заметить - сила удара на каждого в 5 раз меньшая (либо ударит не по всем, например).

... Это всё не про то, что не так уж трудно тем солдатам было.
Было трудно. И подозреваю, что непредставимо для меня.
Это про то, что дух 100-тысячного войска, связанного одной задачей, обладает определенной мощью.
И мощь эта делает многое невозможное возможным.
Картинка сложилась!

@темы: чужими словами, кружок по плетению мыслей, книжный червь, воспоминательное, в зеркале моих восприятий

00:01 

Следуй за белым кроликом (с).
"Всё, всех любить, всегда жертвовать собой для любви, значило никого не любить, значило не жить этою земною жизнью. И чем больше он проникался этим началом любви, тем больше он отрекался от жизни и тем совершеннее уничтожал ту страшную преграду, которая без любви стоит между жизнью и смертью" (с).
Не знаю, сказал ли кто-то пронзительнее про то, зачем мы, собственно, все тут.
Описал ли кто-то смерть глубже.
Или вот любовь.

... Идёшь через морозный Питер, и в голове начинает играть музыка.
Та, что из ниоткуда.
Та, что смягчает поток возникающих в процессе чтения "Войны и мира" осознаний.
Та, что сама осознание, в каком-то смысле.

Мощь княжны Марьи, отрешённость князя Андрея, любовь Наташи, чуткость Николеньки, соединенные воедино в грохочущем "неустойчивом" аккорде, разрешаются для тебя в тихую мелодию, составленную из 2-х-3-х тактов.
Она не скорбь, она смирение, прикрывающее шок.
В которое укутан зародыш, призванный напомнить: "Жизнь продолжается".

@темы: в зеркале моих восприятий, книжный червь, чужими словами

02:43 

Следуй за белым кроликом (с).
Всё ещё перечитываю потихоньку "Войну и мир" и не перестаю восхищаться.
Сказать гениально не сказать ничего.
Вот сцена казни, например.
Нарисована глазами Пьера, выхвачены отдельные детали - а пронзительно очень и всеобъемлюще.
Показана одна картина, казалось бы, а хватаешься за неё - и обнаруживаешь себя перед панорамой.
И мысль, сила и концентрация оной поражают.

И вот - испытываешь не то чтобы отчаяние, но тяжело - как вдруг появляется Платон Каратаев.
"Эх, милый человек ты, - возразил Платон. - От сумы да от тюрьмы никогда
не отказывайся. <...> - И Платон Каратаев рассказал длинную
историю о том, как он поехал в чужую рощу за лесом и попался сторожу,
как его секли, судили и отдали в солдаты. - Что ж, соколик, - говорил он
изменяющимся от улыбки голосом, - думали горе, ан радость! Брату бы
идти, кабы не мой грех. А у брата меньшого сам-пят ребят, - а у меня,
гляди, одна солдатка осталась" (с).
И эта доброта, какая она есть.
Это то, про что Раиса Павловна говорит и живёт.
Я не раз писала тут про неё, но напишу ещё.

Раиса Павловна - учитель истории на пенсии из села Верх-Уймон (Республика Алтай), которая многие годы записывала рассказы, пословицы, поговорки уймонских староверов, выпустила несколько книг про них и самолично организовала музей.
В этом музее она работает с утра до вечера, с единственным перерывом на обед (а иногда и без оного). Работа её - речь.
К ней непрерывным потоком приходят всевозможные посетители, которым она рассказывает про быт, нравы и моральные устои уймонских староверов.

Но вот... представьте, вы работаете ежедневно с 9 до 6, рассказывая примерно одно и то же каждые час-полтора на протяжении нескольких лет.
Сумеете ли вы удержать то чувство, с которым шли это делать?..
... Раиса Павловна удерживает.
На её экскурсиях люди плачут.
И нет, не из-за драм, но потому что трогает.
Но потому что человек с чувством, сердечно рассказывает о... доброте других людей.
Не приукрашивая ничего, предельно просто, естественно.
Но выходит так, что, что бы человек ни вытворял, как бы жизнь его ни кидала, у него всегда остается шанс на то, чтобы выбрать свет.
И его поддержат его земляки.
Просто потому что они так живут, так выбирают; потому что в этом их мудрость.

После такой часовой экскурсии неизменно выходишь с огромным куском света в груди.
С желанием становиться лучше, со стремлением крепче верить в то, во что веришь.
Поэтому, когда через год, находясь в Тюнгуре после похода, ловишь себя на сильном-сильном внезапном чувстве: "Хочу в Верх-Уймон к Раисе Павловне", - в общем-то, не очень и удивляешься)
Ибо это важно - слышать и видеть человека, который совершенно бескорыстно поёт о доброте других людей (к оным себя не причисляя).
*Раиса Павловна родилась в Верх-Уймоне и не выезжала из него (по крайней мере, надолго), но сама она не старовер*.
А при этом... столько в ней самой этой обыкновенной_доброты.
Столько силы духа, непоколебимости и мужества.
Столько служения, верности тому, о чём она говорит (ведь одно дело - восхищаться чьими-то жизненными устоями и совсем другое - во всём их соблюдать).
Что лишний раз становится понятно: религий много, вера едина.
И она проявляет себя, в частности, в умении делать "простые" вещи просто.

Настя, три недели проработавшая волонтёром на выставке Рериха в Верх-Уймоне, рассказывала мне, что, как ни пройдёшь мимо огорода Раисы Павловны, он в идеальном порядке (хотя огромный).
Притом, что муж Раисы Павловны умер много лет назад, живёт она в доме одна, работает 7 дней в неделю с 9 до 6 (стоя!), успевает к староверам в гости сходить и порой у себя кого-то принять (и, кажется, корову подоить, но вот тут я не уверена).
Очень приветливая, внимательная женщина, которая ни словом, ни мускулом не жалуется на то, что ей тяжело.
Кажется, ей такое и в голову не может прийти.
Хотя - это всё огромный труд же.

... А когда про неё вспоминаешь, первым делом перед глазами всплывает картинка: Раиса Павловна едет с работы на велосипеде (так быстрее).
Замечает тебя, здоровается, улыбается, участливо спрашивает, что да как...)
Не проезжает просто_мимо (хотя видела тебя только накануне на эскурсии да год назад).
И так с каждым встречным.
Удивительный, светлый человек!

@темы: чужими словами, человеки!.., прекрасное, книжный червь, воспоминательное, в зеркале моих восприятий

Упражнения в прекрасном.

главная