Записи с темой: коробка с красками (список заголовков)
03:23 

Следуй за белым кроликом (с).
Фигура У. Блейка для меня загадочна. В его произведениях звучат порой удивительные нотки, которым очень хочется верить, однако все они так или иначе замкнуты в хмурых непроницаемых кольцах.
Создается впечатление, что автор так долго всматривался во тьму (как в объект познания), что она - быть может, незаметно для него самого - сковала его зрение. И потому даже там, где художник её не писал, она явлена.
Кажется, от лавкрафтовских мрака и жути его отделяет всего ничего..

Песни опыта в этом плане пугающи. Фигуры на живописных полотнах тем паче.
Мне сложно сформулировать, что именно меня напрягает, - ни к чему картины раскладывать на кусочки, словно мозаику, а иначе получится ли? Парадокс в том, что полотна У. Блейка посвящены библейским сюжетам - но преобладает на них (на мой взгляд) мрак. Хотя сами по себе воззрения (откровения; их глубина) потрясают.

"Страшные сны Иова", "Явление ангелов пастухам", "Воины метают жребий об одежде Христа", "Лестница в небо", "Творец Вселенной", взятые в символической своей ипостаси, питают разум. Но человеческий пласт (отношение, оценка), которым пропитана нечеловеческая символика, вызывает много вопросов и даже отторжение.
Впрочем, может, инфернальное только чудится?..

Пусть тут полежит не мрачное космическое стихотворение У. Блейка.
В нем тоже присутствует то, о чем я говорю, но, скорее, в пленительной (не открыто яростной) своей ипостаси)

Вступление (песни опыта).

Слушай Барда Глас!
Все времена прозрев,
Он слышал не раз
Священный Наказ
Слова, что шло меж дерев.

Падших оно зовет,
Плачет вечерней росой;
Верша с высот
Созвездий ход,
Светоч зажжет над тьмой!

Воротись, о Земля, скорей!
Восстань от росных трав!
Рассвет сильней
Ночных Теней -
Он грядет, от сна восстав!

Слово тебя зовет!
Слушай, слушай меня!
А звездный свод
И берег вод
Исчезнут с приходом Дня! (с)

@темы: книжный червь, в зеркале моих восприятий, под знаком вопроса, коробка с красками

17:45 

Следуй за белым кроликом (с).
В этот раз в день свободного посещения в очереди нет ни одного человека.
Словно бы Эрмитаж говорит: "Не пытайся найти тут то, что ожидаешь. Даже если твои ожидания касаются размера очереди".
Он, конечно, не говорит, но не пытайся, так не пытайся)

В этот раз моё путешествие по музею почему-то начинается с древнерусского зала.
Там можно найти ключи очень странной формы (про многие я ни за что бы не подумала, что они выполняют такую функцию; до сих пор не вполне представляю, как они её выполняют)), тмутараканский камень с древней надписью (так и узнаёшь, что Тмутаракань и Тамань - обозначения одного места :)) и, конечно, - куда без этого?)) - позвонок с наконечником стрелы в нём.
Замечательно же ж)

А дальше... Эрмитаж выводит меня прямиком к Рембрандту, я не соглашаюсь с таким положением вещей, потому что если приходить к Рембрандту, то по собственной воле (а иначе незачем), и оказываюсь в залах про Италию, в которых никогда не бывала до этого.
Часы по традиции :) начинают бить, когда я мимо них прохожу, но в этот раз меня больше занимают картины в сочетании (и не в сочетании) с пространством.
Удивительно гармоничный Бартоломео с "Мадонной с младенцем и ангелами"; музыкальное произведение, ассоциирующееся у меня с Малером.
"Поклонение младенцу Христу" Липпи - картина про несказанный свет.
"Святой Иероним" и "Святой Доминик" Боттичелли - очень разные, но предельно неземные полотна.
Столько радости внутри от встречи с этими картинами.
Кажется, что больше быть, просто не может, но... в следующем зале натыкаешься на Леонардо да Винчи.
И пропадаешь, потому что это больше, чем чудо.

Я ведь не ожидала его тут встретить.
Когда-то в школьные годы я знала, что две его Мадонны хранятся в Эрмитаже, но для меня тогда Санкт-Петербург был другим концом мира)
Воспоминательное.
... А тут ты случайно останавливаешься у картины, а это... Леонардо да Винчи. Подписано как "Мадонна Бенуа" - но что-то не так, у неё было другое название! - вспоминаешь.
- Что у младенца в руках? - спрашивает одна женщина у другой.
Та всматривается и отвечает: "Цветок".
"Ну точно! "Мадонна с цветком" же!" - радуешься))
Это очень светлая Мадонна с младенцем; она для меня про душевное тепло.
А рядом "Мадонна Литта". Про себя я её обозначаю как совершенство.
Эта Мадонна с младенцем не просто неземная - она гармоничная в высшем смысле этого слова.
Как Моцарт, только не он.

Пережитого уже слишком много.
Сосуд переполнен, а вечером ещё чем-то слушать Вагнера.
Но Эрмитаж так просто не отпускает, я же так просто не ухожу...)
Вполсилы пробираясь сквозь прекрасных, но всё-таки не про совершество, итальянцев с "Кающейся Марией Магдалиной" Джампетрино и "Святым семейством с Иоанном Крестителем" дель Сарто (у этой картины завораживающая композиция, прочерченная светом), я обнаруживаю себя в зале, в котором выставлен Рафаэль.
"Мадонну Конестабиле" можно воспринимать после Леонардо да Винчи, в чём-то она ещё более отстранённая и неземная; на "Святое семейство" сил уже не хватает, но как не повзаимодействовать с музеем, настаивающем на взаимодействии?..
- А Микеланджело видели? А Караваджо? - спрашивает бабушка дочку с внуком.
- Караваджо мы изучали в прошлый раз, - думаю про себя. - Ок. Где тут Микеланджело, чтобы мне знать на будущее?
Приводит. Аккурат к. А потом хватает за руку и отправляет к чучелам лошадей в рыцарский зал.
Полагая, может быть, что рыцарей воспринимать проще, чем картины.

... По пути к Рембрандту встречаю "Апостолов Петра и Павла" Эль Греко (кажется, они чудесные); почти носом утыкаюсь в чучело лебедя "Глупость, опирающуюся на смертность" Фабра - когда-нибудь я научусь воспринимать Фабра всерьёз, и у меня перестанут возникать вопросы про то, причём тут мёртвый лебедь (там такое чудовище олицетворяет смертность [хотя, по первому впечатлению, оно глупость в чистом своём воплощении], что, пожалуй, за него можно и лебедя стерпеть)).
После - по традиции :) - собираюсь уходить, но то "Поверженных" встречаю (это римская копия древней-древней скульптурной группы про смерть; смертью от неё и веет и, пожалуй, торжественностью); то "Этюд с натуры" Буржуа (очередной эрмитажный монстр, мирно покоющийся среди античной скульптуры; где они только их берут?..)), то "Мадонну во славе" Фьорентино. Последняя ужасает. Она про невероятные краски (пожалуй, даже сопоставимые с рериховскими - в чём-то), про воплощённый свет. Но... свет тоже бывает разным)

... Говорят, Рембрандт сознательно писал свет. Возможно. Его свет интимный, рискну предположить, что духовный; таким он бывает в храмах во время Литургии, когда вдруг тушат все свечи, и пространство погружается во мглу - но не во мглу. Что-то подобное возникает и когда ночью читаешь вслух Евангелие при свете свечи.
У итальянцев свет вселенский (лучше бы сказать неземной, но ведь и у Рембрандта он не земной; и тут отличие принципиальное). Это дух как он есть без привязки к чему бы то ни было (он только внешне привязан к полотну и к краскам). Его можно читать бесконечно - и всё-таки не прочитать и сотой доли.
И вот его-то (кажется) Фьорентино и пытается изобразить.
Но, по моим ощущениям, выходит у него демон, облачившийся в светлые одежды.
Притом достаточно мощный.
Но, может, мне просто кажется)

... Хочешь ты того или нет, а уходишь почти с закрытием.
Никогда не знаешь, вернёшься ли (каждый раз путешествие в Эрмитаж начинается для меня с чистого листа; от того, как ты этот самый лист придумаешь заполнять, зависит, состоится ли в принципе путешествие, или же ты - как в Главном штабе - будешь слоняться от картины к картине, от зала к залу, не зная, куда себя деть).
Но на сердце очень радостно оттого, что вы снова заново встретились.
Этакое волшебство.

@темы: кусочки счастья, коробка с красками, воспоминательное, в зеркале моих восприятий, сказка в дверь стучится

22:47 

Следуй за белым кроликом (с).
Я всегда очень скучаю по Зимнему. Я не знаю пространства, которое было бы настолько многогранным. Поэтому, если в Главный Штаб я хожу, чтобы посмотреть на работы импрессионистов, в Зимний я прихожу, просто чтобы там быть. Пребывание самоценно.
... Первый четверг месяца попал на первое февраля, поэтому мы с моим вирусом почти не стояли на морозе и зашли сильно раньше запланированного) "Ну ладно, - подумала я, - до закрытия в таком состоянии не продержаться, уйду, самое позднее, в 5". Ну прям)))
Идёшь не куда-то конкретно - наудачу, и сразу начинаются чудеса.
В Эрмитаже всё ещё проходит выставка про революцию 1917.
Понаслышке я знала про неё, но не испытывала энтузиазма, потому что не люблю ни само событие, ни СССР.
Но как же она там на месте!..
Стоит тебе просто зайти в один из залов - и ты влюблён в тех, кто это организовал.
Потому что лучше и живее, кажется, невозможно.

Ничего из того, что ожидаешь, ты там не находишь.
Напротив. Ты видишь Зимний через призму тех лет, словно бы оказываешься в нескольких временных срезах одновременно. А параллельно - те из историй, что тебе ближе. Те, на которых останавливается сердце и глаз.
... Жена и дочери Николая II, получившие специальное образование и работавшие в годы войны санитарками.
С. Есенин, тот же санитар, время от времени читавший стихи царской семье. Мимопроходящий экскурсовод не без презрения говорит о том, что он таким образом бежал от воинской службы. А ты не понимаешь, ни причём тут это вообще, ни кто бы на его месте не бежал.
А. Блок, поддержавший революцию.
Последние записи из дневников Николая II и его жены.
Лейб-медик, лейб-повар, камердинер, горничная, добровольно разделившие судьбы императорской семьи.
Все эти "вообще мы должны были расстрелять только императора, но расстреляли всех; скажем, что всех сослали, но в ссылке они умерли".
Солдатские койки в Зимнем.
Почти_решение похоронить жертв революции под окнами Зимнего, которое всё-таки удалось изменить: 100 с лишним человек были погребены на Марсовом поле вот почему там такая атмосфера.
А в этом помещении было арестовано Временное правительство.
И везде - лозунги и флаги, лозунги и флаги...

Революционным вихрем меня выметает в ту часть первого этажа, где я ещё ни разу не была.
Там Кавказ, Алтай, Сибирь.
Поначалу кажется, что среди осколков древней посуды и наконечников копий не найду я в своём состоянии ничего интересного. Но Эрмитаж всегда знает, куда ведёт))
Ничего не подозревая, сворачиваешь в какую-то мертвенно освещённую галерею.
Уже вид чуть не рассыпающихся в прах кусочков ткани настораживает.
А потом встречаешь труп женщины - и всё становится на свои места.
Эрмитаж прекрасен)

Помимо трупа, в этих катакомбах мне встретились прекрасные шлемы чуть ли не в виде петухов, не менее трогательные копья - тоже с какими-то животными, кажущаяся игрушечной одежда рыцаря с ужасающими штыками на коленях. А также мумия вождя, маски (погребальные) людей и животных, чудо-повозка целиком из берёзы (огромная! словно скелет никогда бы не поверила, что оно может ездить, но, видимо, может), скажем так, гробы (для них есть какое-то более подходящее слово, но я не буду его искать), череп коня и, конечно, труп коня с подписью: "В витрине представлен старый конь рыжей масти, высотой в холке более 150 см" - и комментарием про то, что это лучший конь того племени.
У Эрмитажа славное чувство юмора))

Как бы уютно мне ни было в этих залах, испытываешь несказанное облегчение, оказавшись вновь на 2-м этаже среди роскошеств. И там вдруг Робер с "Пейзажем с водопадом" (не одним). У него прекрасны и водопады, и картины с водопадами в целом; в них много сказочности и добра. Присаживаешься, чтобы перевести дух, и тут...
Приходит часовщик и заводит часы!
И они поют разное.
И это так волшебно)

Следуя за часовщиком как за крысоловом из Гамельна, проходишь мимо чудного Амура Фальконе, мимо картины Пуссена про встречу святого семейства со св. Елизаветой и Иоанном Крестителем.
Там идёт экскурсия про краски и композицию живописца, а потом слышишь, что у классицизма были свои недостатки, что, мол, фигуры на этой картине словно статуи.
Да какие же они статуи?.. Разные с разных ракурсов и невероятно живые.

Пробираешься к Рембрандту через любимых фламандцев, а там всюду красота!
Не знаю, искренне не знаю, где можно её там обнаружить, но у работ этой школы я ощущаю себя на своём месте))
В других залах я всё-таки гость, а тут, наконец, говорят то самое важное)
И ты: "Да! Да! Да!"
... Улыбаешься волхвам, пробирающимся через сугробы снега, узнаёшь матрицу в изображении стрельцов корпорации, радуешься бесконечным карикатурным праздникам и вдруг... натыкаешься на копию центральной части "Сада земных наслаждений" Босха. Что ещё нужно для счастья, я, право, не знаю, пока не заглядываю в соседний зал.
А там "Юноша с лютней" Караваджо, вернувшийся с реставрации. И вот разные бывают картины, но эта поёт.
И мелодия её такая неземная, тихо уносящая в высшие миры... Волшебство!)
А рядом зал, в котором можно танцевать. Куда уходишь, чтобы уложить в голове и вернуться) И снова слушать и слушать)

До Рембрандта я дохожу с мыслью навестить любимые картины и пойти уже домой.
Но когда такой план работал))
Пока я смотрю на снятие с креста, меня окружает экскурсионная группа.
И мне так нравится, что говорит экскурсовод, то, на что он обращает внимание, что я так и брожу с ними от картины к картине вплоть до закрытия музея)

В сумерках ремрандтовский свет ещё яснее и контрастнее.
Где-то он сокровенный, где-то баюкающий, мягкий, где-то неземной.
Я вижу на картинах этого художника не беспорядочные, но очень интенсивные эмоции и многогранные чувства.
Зачем-то стою со слезами на глазах у полотен, которые столько раз прежде подолгу наблюдала.
Встраиваю в своё видение сообщаемые экскурсоводом факты, которых не всегда хватало. И они встраиваются же!
И, как обычно, с трудом себя отклеиваю от блудного сына.
Буквально на днях я читала эту притчу - а тут вот опять)
... Как всегда, из Зимнего меня выгоняют)
Как всегда, я уже начала скучать)

@темы: кусочки счастья, коробка с красками, в зеркале моих восприятий, сказка в дверь стучится

01:51 

Следуй за белым кроликом (с).
Новосибирский художественный музей прекрасен тем, что не даёт тебе над собой издеваться.
Когда ночь накануне не спал, а несколько ночей до этого тоже не особо, с час-два бродил по давно забытым -20 (говорят, в Новосибе -20 не -20, то ли дело в Томске!.. не знаю про Томск, но -20 в Новосибе ощущаются так же, как -20 в Нижнем, т.е. не как -15, а ещё же ветер)), а потом ещё с час по другим залам музея и, наконец, добрался до Рериха, минут через 15 туда придёт мастер налаживать карниз, и тебе скажут "до свидания" на неопределенный срок.
Это счастье, честно говоря.
Возможность вспомнить, зачем ты тут, почему тебе так важно попасть именно туда, куда не пускают, вернуть себе осколки сознания волей и - внезапно - "Затмением Солнца" Брюллова (я не знала, что он писал в откровенно эзотерическом ключе, а в Новосибе привиделось что-то такое), принять текущее положение вещей (не как досадное препятствие, но как мудрость), из принятия осознать, что ты в состоянии решить эту проблему, вдруг почувствовать, что ремонт окончен (зал ещё не открыли, но рабочие ушли, значит, можно войти) и всего только несколько раз чуть не упасть в обморок, медленно перебираясь от одного полотна к другому (не будь этого двухчасового "перерыва", упал бы отнюдь не "чуть" ).

... Я всё думала, что у меня появятся какие-нибудь слова про Рериха.
Но я по-прежнему могу утверждать только то, что таким его раньше не видела.
Дело не в тематике (в Новосибирске в центре полотна зачастую формально стоят не только горы, но и происходящее на фоне оных), но в том, насколько живо художником улавливается реальность.
Я ничего не знаю про то, что изображено на большинстве из этих полотен (зачастую Н. Рерих использует некий сюжет, про который ты понятия не имеешь), - только в данном случае это не важно.
Ты и так кое-что можешь прочитать - и это кое-что глубиннее ряда основательных знаний.
Красота как она есть, жизнь духа и мысли, глубочайшая эмоциональная наполненность (но не та, что сносит потоком, а ненавязчивая в своей строгости; мысль составляет эта эмоция) ничем не запятнанное восхищение Мирозданием.
Не кажутся пейзажи Рериха сказочными 'вымышленными' после походов на Алтай (всё ровно так и есть) - но посещение Новосибирского музея даёт понять: не вымысел в них, но безграничная, непоколебимая любовь, которая и есть волшебство.

Я помню, что какие-то полотна поражали меня больше, возле каких-то я стояла и чуть не падала (тут не только в недостатке сна дело), где-то просто опускалась на пол, чтобы посмотреть на картину под другим ракурсом, - но, кроме изображения Настасьи Микулишны (дважды я видела репродукцию этого полотна в Верх-Уймоне; и так меня оба раза поражало это место, что всё ещё я помню экскурсию в тамошнем музее Рериха трёхлетней давности :) не в деталях, правда - во впечатлениях), визуально могу воспроизвести только редкое негорное изображение)
Т.е. и там дело происходит в горах, конечно, но конкретно на полотне показаны монастырь, девушка, которая в нём служит, и воин. Насыщенный синий цвет в помещении, твёрдость в спокойствии и множество измерений, отделяющих одну фигуру от другой.

Когда-то я стала бы себя ругать за подобное восприятие.
Вроде бы, что ты там воспринимал, если ничего не можешь вспомнить?
Но сейчас скажу по-другому: форма всё-таки - только форма.
То, что с одной стороны, позволяет удержать содержание, как бы вынудить его застыть на мгновение, а с другой - ворота, ключ к которым можно либо найти, либо не найти.
Рерих текуч; пробираясь по залам в Новосибирске, где-то переживаешь горы с их невероятными закатами и рассветами, где-то - лодку, плывущую по реке времён, где-то - как будто начинающийся снегопад (не могло там быть снегопада, по идее, но одно из ярчайших впечатлений).
Это всё не отдельные сюжеты (и вообще не сюжеты), это изображение одного и того же с разных ракурсов, из меняющихся пониманий - для чего мне, как воспринимающему, запирать это обратно в форму?..
... Впрочем, хотелось бы попробовать и запереть тоже. Как-нибудь в другой раз)

В Новосибирском музее есть что посмотреть и помимо Н. Рериха.
Там и "Апостол Павел" Брюллова (ничего не знал про связь этого художника с Исаакиевским собором и тем паче с христианской церковью, а вот же ж), и "Пасмурный день. Болотце" Левитана (всякий раз, когда в названии полотна Левитана болото фигурирует не как озеро, а как, например, болотце, я внутренне ликую)), и "На террасе в Харькове" Серебряковой (очень светлое и живое полотно).
И - вдруг - "Солнечная корона" А. Васнецова: картина про солнечное затмение в горах; не будь в соседнем зале Рериха с его невероятной цветовой гаммой я бы нашла в себе силы простоять напротив этой работы с час.
И Айвазовский, и "Воскресение Христа" Тинторетто, и, кажется, мощный зал древнерусского искусства с Богоматерью Троеручицей. И, собственно, работы С. Рериха.
Но всего за раз не охватишь)

@темы: сказка в дверь стучится, коробка с красками, воспоминательное, в зеркале моих восприятий, а - так

14:39 

Следуй за белым кроликом (с).
Художественный музей в Красноярске расположен в историческом здании: снаружи небольшой старинный особнячок расползается внутри на множество комнат. Но ты проходишь по ним - и долгое время не можешь поймать ничего. Единственный живой зал по древнерусскому искусству, который ты видел, расположен в Смоленске, а в остальном - слишком ты избалованный :) Привык, что содержание прежде само выпрыгивает из картины, и только потом ты начинаешь его искать и исследовать, а когда не выпрыгивает...
... А когда не выпрыгивает, усилием воли останавливаешься у "Байдарской долины" Киселёва и "Зимнего пейзажа" Клевера. Благо, есть стулья, можно сесть и смотреть, смотреть, смотреть. Пока не накроет зимой в одном случае, волшебством - в другом; пока глаз не задержится на "Эскизе к картине "Тайная вечеря"" Ге.
На эскизе изображён один из апостолов. И, вроде бы, он не центральная фигура полотна, однако столько содержания за этим образом, столько смыслов... Хоть отправляйся в Русский музей смотреть на полотно целиком)

После того как будто бы приоткрываешь завесу, безмолвие пространства тает.
Сначала натыкаешься на "Озеро" Левитана (Левитан прекрасен тем, что, кажется, не умеет писать бессодержательно; хочешь ты того или нет, а мимо очередного левитановского болота - ну, или озера :) никак не пройдёшь)), потом на "Пасхальную заутреню" Нестерова (мимо Нестерова вот тоже пойди-проскочи), а потом почти врезаешься в "Озеро горных духов" Гуркина. Тут-то и пропадаешь))
Скручивает и смехом, и ностальгией.
Неважно, что на картине всё не так (и деревья откуда-то на такой высоте возникают, и, главное, Белуха, которая, конечно, рядом, но ощутимо правее), ощущается эта самая художественная условность, на которую имеет право человек, в этих местах родившийся.
Важно, что искренности в ней много. Пугающе зашкаливающей.
Важно, что всё так, и как же художник видит, и как же сразу узнаётся! Всё до деталей, в т.ч. нематериальных, и даже погода :)
И изумление, которое охватывает: неужели в начале 20 века это озеро и называлось так же, и выглядело почти так?.. И добирались же до него тогда, в отсутствие троп?..
Словно заново проживаешь ту радиалку двухлетней давности.
И как-то неочевидно, смеяться или плакать.

А там и "Христос на пути в Эммаус" Нестерова, очень светлая работа, и "Благовещение" Сурикова (с не совсем традиционным, но очень близким мне преломлением сюжета) и его же "Вид на памятник Петра I в Петербурге".
Ни за что не поверишь, что полотно написано в конце 19 века (сейчас же, сейчас не просто нарисовано - сфотографировано!), вот разве город на нем больно демонический. Таким его сейчас не прочтёшь.

@темы: коробка с красками, воспоминательное, в зеркале моих восприятий

00:52 

Следуй за белым кроликом (с).
«Лучше собственный путь - дхарма - если даже он немногого стоит, чем чужой, даже совершенный. Чужой путь полон опасностей: спасение приходит идущему своей дорогой» (с).
Слова остаются словами, если в них не вглядываться.
Ведь поверхностно (уровней этой самой поверхностности, которая, как правило, представляется глубиной, не счесть) всё понятно - так и о чём говорить?
Но это как с картинами Кандинского.

Мне часто нравится то, как он сочетает цвета, но дальше приходится прорываться.
Притом... а никогда не понять, прорвёшься ли, потому как неясно, чем его расшифровывать.
Это как с картинами Рериха в Смоленском художественном музее.

Перед тобой "Гнездо преблагое" и "Помин о 4-х королях".
Ты смотришь, смотришь на них с надеждой, но весь твой опыт чтения горных полотен художника оказывается неприложим к этим работам.
Ты увязаешь в символике, значения которой попросту не знаешь :)
Можно пытаться его интуитивно увидеть - но на это уйдёт не один день.

С другой стороны, становится ничуть не проще, когда приезжаешь домой и начинаешь читать описания этих картин.
Потому что эти описания где-то отдельно.
Они никак с ними (у тебя) не соотносятся, покуда ты не нашёл ключа.
Нельзя просто взять и объяснить смысл символа.
Ибо он не значение, он живой; а жизнь постигается только жизнью..

Так вот.. цветами Кандинского можно искренне восхищаться.
А дальше только садиться на лавочку и пытаться читать, чувствуя себя при этом довольно странно.
Но поразительное дело: когда вот так с полчаса неотрывно смотришь на какую-то деревушку, вдруг обнаруживаешь многоплановость. Многоплановость эта необычного свойства.
Ты можешь видеть это, это и это, смотреть так-то и так-то, - всё будет про то, но всё - не про то.
Ведь если ощипывать лист за листом кочан капусты, рано или поздно наткнешься на сердцевину.
Но скажет ли эта сердцевина тебе что-то про капусту, будет ли она ей в таком воплощении?..
... Стоит ли раскладывать целое на части, чтобы его увидеть? Можно ли увидеть целое, не прозревая того, из чего оно составлено? Абсурдна сама постановка вопроса как будто, ведь целое по определению не содержит в себе частей и, соответственно, не может быть из них восстановлено. Но оно и не пустая оболочка.

Композиции Кандинского раскладываются на множество весьма опосредованно связанных между собой планов ещё охотнее, про пейзажи я лучше не буду ничего говорить (для меня они не пейзажи, принципиально; не то слово).
Но если просто проходить мимо, всё это просто полотна Кандинского.
Так же как "Подсолнухи" Гогена - просто подсолнухи.
Но какие же это "просто подсолнухи"?..

... Если уж пост всё равно получился не о том, о чём собирался быть, скажу ещё пару слов про фильм "С любовью, Винсент". Мы ходили на него с месяц назад с мамой. Я, конечно, не хотела идти и согласилась не только потому, что мне было интересно посмотреть на то, как воплотили безумный (на мой взгляд)) план.
Даже представлять не хочу, сколько художники всё это рисовали))
Получилось красиво (в целом, даже очень красиво) и в меру.
Мама считает, что драматично, но я для себя драмы-драмы в фильме не нахожу: она ненавязчива и размывается формой (собственно, тем, как этот фильм сделан) и отношением к содержанию.
Слишком там дело не в формальном содержании :)

Для меня этот фильм, конечно, не про Ван Гога (я по-другому воспринимаю его творчество в целом).
И я бы не употребляла применительно к нему слово "нравится".
Но он, скорее, светлый)
И, кажется, создатели что-то нащупали.
Что-то тонкое, почти эфемерное, едва ли эксплицируемое.
Что-то, что я бы обозначила словом бытие (но, может, это совсем не подходящее слово).
Вот только поняли ли сами, что?..

@темы: чужими словами, фильмография, кружок по плетению мыслей, коробка с красками, воспоминательное, в зеркале моих восприятий

23:50 

Следуй за белым кроликом (с).
Захожу на службу в Иоанновский - и, наверное, впервые за прошедший год искренне не хочу оставаться жить в монастыре.
Причина, в общем, простая: там здорово, как будто спокойно, происходят важные и близкие сердцу вещи, можно и нужно петь (!), но мне есть чем заняться за его стенами.
Не в плане сходить в магазин или позаниматься с кем-нибудь английским, но в духовном отношении.
"Очень круто, но не моё", - вот так вдруг.

А так-то есть над чем поработать и подумать (именно во время служб), периодически внутри собирается тихая радость, чуть иначе воспринимаешь происходящее, после того как впервые принимаешь решение поучаствовать в ритуалах.
Хочется всё-таки побыть включённым вполне, почувствовать себя не только зрителем.
Очень странный (невероятно живой) опыт, после него чуть не падаешь в обморок, но всё-таки удаётся устоять на ногах.
Много строгости внутри и вовне; характер службы резко меняется; уже не до радости, а до чего - сложный вопрос.


... После Калининграда мы с Виолой поехали не домой, но в Смоленск.
Там я случайно оказалась на 2-х очень разных службах, а больше всего времени в Художественном музее провела в зале про древнерусское искусство.
Непосредственно после поездки я не раз рассказывала об иконе в духе Босха, ибо она очень меня заинтересовала.
Но, на самом деле, какое-то совершенно неизгладимое впечатление на меня произвёл на экспозиции лик Христа. Икона называлась "Спас Нерукотворный"; всякий раз, когда я проходила мимо неё, я с трудом могла оторвать свои глаза от чёрных глаз ИХ. У него на этом изображении жёсткий взгляд. Этот взгляд как будто пропускает тебя насквозь, знает о всех твоих сомнениях и метаниях, радостях и чаяниях... И задаёт один неэксплицируемый вопрос.
И тебе нечего на него ответить.


Ты бы рад уйти, да правда приковывает.
До сих пор перед глазами стоит.
... Когда меня спрашивают, что хорошего сделал ИХ, я, честно говоря, теряюсь.
Это почти как спросить, что хорошего сделал Иуда.
В том смысле, что истинный масштаб плодов действий обоих человечеству прозревать ещё не один век.
Вопрос же про "что хорошего" автоматически подразумевает, что, ну, там кто-то в магазин сходил. И одни считают, что сходил успешно, славная красная рыбка на пиру была; а другие вопрошают, зачем столько денег потратил.
Можно, конечно, и так смотреть. Но зачем так смотреть?..


А Смоленск - славный город)
Для меня он насквозь про 1812 и "Войну и мир".
Много горок, храмов, фонарей.
Филармония, в которую можно зайти а просто так, больно уж атмосферно кофе пьют за стойкой, и обнаружить, что никто тебя не прогоняет; Днепр, качели на набережной.
И проходить сквозь крепостные стены, и находить вдруг кругом такой туманный простор!..
Или наоборот: вышагивать из тишины и идиллии под аркой, под которой в полный рост не пройдёшь (!), в самый центр города! Где машины-люди-машины-люди... Нарния!
А ещё Смоленск зелёный (ну... в моём восприятии)), что само по себе прекрасно вдвойне))



И ещё 4!

@темы: в объективе, в зеркале моих восприятий, а - так, мир на сетчатке глаза, воспоминательное, коробка с красками

02:05 

Следуй за белым кроликом (с).
Всякий раз, доходя до Зимнего в день бесплатного посещения, знаешь, что стоять нужно будет долго (в среднем, часа 2). Но всякий раз эта информация не доходит до сознания в сколь-либо чётком виде, и ты только на месте обнаруживаешь себя одетым не по погоде.
Давеча вдруг замерзаешь настолько, что холод проникает в сердце, потому всерьёз думаешь о том, не уйти ли.
Но заботливое бессознательное укладывает термос с горячим чаем в рюкзак, а чудный город одаривает не менее чудными соседями. Как тут уйдёшь?)

Попадание в Зимний для меня всякий раз праздник.
Мне кажется, будто я нахожусь в огромной бездонной шкатулке с сокровищами.
Как бы хорошо я ни знала, как связаны между собой те или иные отделения, сюрпризы, неожиданности, внезапности, тайные комнаты так или иначе попадаются на моём пути всегда.
Ибо Зимний - пространство, которое всякий раз на твоих глазах собирает себя заново.
Ты мог знать всё что угодно, но теперь не знаешь почти ничего.
Очень оно радостно!

Захожу в египетский зал, потому что слишком многое в последнее время связывает меня с Древним Египтом.
А там мумия.
Нет-нет, погодите: там самая что ни на есть настоящая мумия!
Мирно покоящаяся среди других экспонатов.
Постоянно обрастающая толпами наблюдателей.
Ничего как будто не имеющая в виду.
... Впечатление от этого зрелища острее и безнадёжнее, нежели от трупов в Помпеях.
Жутко, как по мне.

Но коли мой маршрут начинается с Египта, не продолжиться им же он не может :)
Совершенно случайно, пробираясь во вполне конкретный зал, я наталкиваюсь на временную выставку.
Там меньше трупов, больше книг, но впечатления, пожалуй, ещё более гнетущие.
Ты ведь кое-что читал о судьбе Египта.
О том, в частности, как разграблялись святилища и храмы.
О том, как древнюю цивилизацию поглотило что-то... не столь мудрое и величественное.
Потому, проходя мимо полуразрушенных саркофагов и страниц из Книги Мёртвых, передёргиваешься.
Так_не должно_быть.
Оно и так стоит в руинах.
Почему оно ещё и разлетается столь сомнительным образом в разные стороны?..
... Такое остаётся послевкусие.
В процессе же просто ходишь от экспоната к экспонату, силясь разобрать хоть что-нибудь.
Но это не то, что можно вот так просто взять и разобрать.

В рассеянности бродя по из ниоткуда всплывающим залам, я вдруг обнаруживаю живописные полотна, с которыми раньше в Эрмитаже не сталкивалась, а они, между тем, крутые.
Поначалу-то просто не могу пройти мимо "Сусанны и старцев" де Труа.
Не могу, потому что на летней московской выставке в Пушкинском видела картину на тот же сюжет.
Она поразила меня тогда.
На тот момент я не знала, в чём суть; стояла и не понимала, почему старцы - в моём представлении, почтенные, мудрые люди - мне тут такими не кажутся.
Рассудок говорил: "Старцы - значит, хорошо!"
Но глаза, чувства, интуиция отвечали: "Дак вот как будто нет".
Оказалось, и правда нет.

В случае с де Труа сомнений не возникает :)
У него сладострастие выражено на материальном уровне, что, с одной стороны, снижает силу воздействия полотна, но с другой, на своём месте. Так что обходится и без статуй, и без собачки (хотя на летней картине и статуя, и собачка были отличные!).

Потом меня притягивает женщина с зелёным лицом, потому что не так давно я наблюдала у себя такое же; тогда мне было крайне плохо физически, а сейчас, соответственно, стало интересно проверить, правда ли уже цвет лица может многое рассказать о картине.
Правда)
На полотне, что меня привлекло, изображена умирающая Клеопатра.
[Опять Египет?].

Но все, все эти смутные и не всегда приятные эмоции смываются в тот момент, когда я вижу "Утро в гавани" К. Лоррена.
Оно словно откровение, таящее под маской света солнечного свет духовный.
Формально на картине гавань, рассвет, корабли, горы.
А реально ты столько радости собираешь внутри!.. Столько света!
Очень здорово!

Так, завороженный, и покидаешь музей.
С этими чувствами отправляешься преодолевать страшный страх, а в итоге подправляешь собственную реальность.
Ты и помыслить о таком не мог)
Люблю Эрмитаж очень)

@темы: мир на сетчатке глаза, кусочки счастья, коробка с красками, в зеркале моих восприятий

05:48 

Следуй за белым кроликом (с).
Перед Зимним дворцом творится какое-то безумие (очень много людей в день свободного июльского посещения) - и я отправляюсь по соседству, в Главный штаб.
Никогда не была там прежде, а оно интересно.
Во-первых, с пространственной точки зрения. Лестницы, анфилады, неотреставрированные помещения, внутренний двор, таящаяся где-то в недрах библиотека (на самом деле, она просто в закрытом для посетителей крыле)) Отличные виды из окон всех этажей. Я не думала, что Главный штаб настолько длинный, а он течёт себе и течёт вдоль Мойки. Местами стеклянный пол!
Главный штаб не дворец совсем, но, кажется, идеально подходит для дипломатов.
В бесконечность уходящие пространства, которые можно соединять в разном порядке (как детальки лего), почти_лабиринт, строгий, не особенно запутанный, иногда, впрочем, поражающий своими интерьерами (сочетанием цветов, украшений и зеркал; очень оно красиво бывает!).

Во-вторых, тут помимо отдельных изюминок прячутся 19-20 вв., в основном, в живописи.
И это такое чудо)
Забредаешь ты - усталый, покусанный - на 4-й этаж; плечи тяготит рюкзак, в нём собраны отдельные произведения искусства с первых трёх этажей. Ты аккуратно вылавливал их из множества якобы_подобных и потратил слишком много сил за этим занятием. И вот поднял себя наверх (как думал, на минуточку) и как-то сразу очутился в зале Родена.
И не то чтобы ты что-то понимал в такого рода скульптуре, но как же отдыхает глаз!)
... А потом зашёл в первый попавшийся зал и начал кружиться и петь от радости.
Вроде, только что не было сил :), но там же Ван Гог!
Там же невероятные цвета, изумительное видение и очень много света.
Волшебство)

Эта моя прогулка по Главному штабу оказывается, скорее, обзорной.
Слишком много ресурса улетает не туда.
В итоге, когда доходишь до произведений, на которые охотно бы его потратил, обнаруживаешь, что нечего.
Ты бесконечно радуешься тому же Ван Гогу, но... бродишь кругами.
Словно юла, которую завели.

Хотя как не отметить и "Девочку в поле" Кнауса (там такое поле!.. как луга на Алтае; не менее сказочное, хотя мне всегда казалось, что никак эту красоту не передать), и "Детей в ожидании ёлки" Хильдебрандта (в них не очень с глубиной, на мой взгляд, но прекрасно передано настроение и, пожалуй, символика Рождества), и "Хорватского часового" Галле (а это уже "Властелин колец прямо-таки)) мужество, смешанное со злом и с такой жестью, которую словами не выразишь), и "Жанну д'Арк" Штильке (никогда я, кажется, не видела иё изображений вживую, поэтому поражает, прежде всего. сам факт), и "Пейзаж Авлиды" Ротмана (а это нагло космическая штука), и "Ущелье в горах" Дори (оно просто мистическое, и олени там славные))

Мимо Ван Гога, Гогена, Дега, Сезанна, Пикассо, Кандинского бродишь кругами)
Параллельно догоняя то итальянскую, то французскую группу (очень здорово наблюдать за французами; важно видеть, что им небезразлично, что им нравится тут; словно бы ты имеешь какое-то отношение к экспозиции Главного штаба))
Это не плохо - но определённо есть ещё, что посмотреть. Не раз и не два.
До следующей очереди в Зимний дворец, хвостом почти упирающейся в Невский))

@темы: сказка в дверь стучится, мир на сетчатке глаза, коробка с красками, в зеркале моих восприятий, а - так

02:59 

Следуй за белым кроликом (с).
В Эрмитаже мне очень не хватает итальянской живописи.
Т.е. она там представлена, конечно, но как-то (с моей точки зрения) грустно.
Этакое белое пятно.
И оно сегодня внезапно совершенно заполнилось у меня картинами с выставки "Венеция Ренессанса" в Пушкинском.

Выставка прекрасная.
Мало того, что она визуально очень красивая, - она невероятно живая.
Т.е. практически каждая картина там говорит; не просто когда её спрашивают, но в принципе.
Так что в какой-то момент ты чётко ощущаешь себя в храме; очень хочется упасть на колени (потому что такой силы эмоции) - вместо этого про себя читаешь "Отче наш".

Дело не в религиозных сюжетах, хотя они, безусловно, играют немаловажную роль во всём этом.
Дело в мощи, которая исходит от этих полотен.
В том, что стоишь напротив "Саломеи" Тициана, а внутри всё прочищается.
Ты любишь, чувствуешь, что любишь и что никогда не переставал, - и становится легче.
И глубже, и увереннее.

На первый взгляд, странно, что это происходит именно там.
Саломея с головой Иоанна Крестителя в исполнении Тициана, конечно, очень напоминает Мадонну.
Мягкие цвета, нежные линии, композиция.
Но при этом... скорее, ощущаешь любовь Иоанна Крестителя к ней.
Ничего не требующую, всепрощающую, словно бы отражающуюся в облаке за окном.
Т.е. я, кстати, не могу сказать, что сама Саломея непричастна любви.
Но в её любви меньше мудрости.

... И вот я говорю Саломея - любовь, любовь - Саломея.
Но именно это и хочу сказать)
В картине Тициана не содержится осуждения.
Она очень надличностная и всепрощающая.
Она... успокаивает (как успокаивает мама ребёнка, разбуженного кошмаром).
Как успокаивают другие полотна Тициана, представленные на выставке.

"Портрет Алессандро Фарнезе" - воплощенные добродетель, тишина, милосердие.
На тебя смотрит человек, умеющий читать души. Но он не пугается прочитанного, а приветливо улыбается. И цветок внутри распускается от этой улыбки.
"Святой Иоанн Милостивый" - воплощенная мудрость. Та, что про благоговение и трогательность. Та, что про тихий восторг и трепет.
И очень, очень много света.

Больше только попытался показать Тинторетто на картине "Крещение Христа" (она словно сшита из нематериального света).
Тинторетто экспрессивен))
Его полотна яркие (особенно в чувственном плане) и какие-то... глобальные что ли. С претензией на глобальность)
Но это не всегда вызывает диссонанс)

"Крещение Христа", например, невероятно светлое)
Торжественное что ли - но и хочется торжествовать и петь гимны.
Пожалуй, хочется громкости.
"Христос и грешница" очень милое (в хорошем смысле) полотно)
Оно про танец, непосредственность, прямоту и свет, являющийся маяком.
Нимбы над головами апостолов сияют, словно созвездия в вечернем небе.
Тем притягательнее фигура грешницы.
Она естественная очень а этом празднике.
И я бы сказала, что экспрессия Тинторетто достигает своего пика на картине "Пирам и Фисба" - но здесь она, скорее, очень на своём месте.
Здесь она про круг кармы, вихрь которой, кажется, вот-вот тебя снесёт.
Про античную трагедию, рок, страсть, разрыв границ и соединение оных. Про мужество.
И про меч - который непререкаемо стоит между возлюбенными.
А вот... слишком экспрессивно (на мой взгляд) полотно "Снятие с креста".
Взгляда на зелёное лицо девы Марии, кажется, вполне достаточно, чтобы вспомнить про то, что есть скорбь.
Но тут каждая фигура состоит из неё.
И этот аккорд совершенно непереносим (хотя, наверное, прекрасен).

Но ближе всех на этой выставке мне Веронезе.
В нём нет ни яркости Тинторетто, ни мудрости Тициана.
Но он пишет высокие (тонкие) чувства, переживание которых не ввергает в бездну, но и не успокаивает.

На самом деле, всё дело (точнее, половина его) в "Кающемся Иерониме".
Я очень люблю этот образ; и в Эрмитаже знаю по крайней мере 2 полотна с оным, которые неизменно меня притягивают.
Но у Веронезе другой Иероним)
Точнее, глубина его покаяния такова, что только и остается, что падать на колени.
Очень мощный образ; и много-много благодарности от тебя этому святому.

"Воскресение Христа" в хорошем смысле смешное))
Я никогда не видела такой интерпретации этого явления, а между тем, она очень мне близка.
ИХ словно бы лучится смехом.
И столько радости это приносит в мир)
А "Сусанна и старцы" просто красивая)
Я совершенно ничего не знаю про этот сюжет и могу только догадываться о том, что же художник изобразил.
Меня пугают мои догадки, они представляются мне глупыми; мне хочется услышать что-нибудь на этот счёт.
Где-то в этот момент папа убеждает меня послушать хотя бы одно описание по аудиогиду.
Аудиогид дельный, транслирующий классическую музыку - но я не переношу экскурсий как жанр; на художественных выставках они вырывают меня из контекста совершенно.
Коли уж так оно вышло, я нажимаю оставшийся в памяти номер "Сусанны и старцев".
И внезапно оказываюсь права.
Оно, в общем, так и есть, как мне представлялось.
Это радостно)

Иномирные выставки - с общем, не редкость.
Но конкретна эта прекрасна тем, что утверждает жизнь, а вместе с ней и путь духовный.
Ты выходишь совсем не тем человеком, что зашёл, и очень_не хочешь_выходить.
Потому что каждый новый взгляд - это новый взгляд, неожиданное осознание, тихая радость.
Потому что читать эти картины, кажется, можно бесконечно.
Потому что важно говорить про такие вещи (а чтобы про них говорить, нужно говорить с ними, в храме твоей души); важно брать и летать.
... И если бы была у меня такая возможность, я бы пришла на эту выставку снова.

@темы: тяпкой в душу, кусочки счастья, коробка с красками, в зеркале моих восприятий, а - так

02:03 

Следуй за белым кроликом (с).
Я не думала, что попаду сегодня в Зимний дворец, потому что и вышла поздно, и день бесплатного посещения, и лето на дворе. Но очереди оказалось на полчаса, и я радостно провела в музее свои 4.
Вышла у меня полноценная обзорная экскурсия.
Обычно, когда я в Зимнем, я знаю, чего хочу; сегодня тоже, в общем, знала - изучить пространство.
... Я впервые полноценно побывала на 3-м этаже. Из галереи Петра I открывается чудесный вид на крышу; из одного окна видишь затесавшуюся между скульптур богов чью-то голову, из другого - жутковатого льва.
А из зала про Иран открывается великолепнейшая панорама с видом на Неву и Петропавловку.
Там окно от пола до потолка практически, шириной в ползала, и очень-очень красиво.

Одним из самых ярких впечатлений моих сегодня было переживание необъятности этого музея.
Но не музейной - духовной.
Т.е. да, с одной стороны, поражаешься обилию временных выставок (они все про огромные фонды, пожалуй, даже сверхогромные), великолепию интерьеров (кажется, я не могу ничего поставить даже близко), масштабам.
А с другой, дело не в том, сколько тут потенциально экспонатов и золота.
Дело в том, что сам музей дышит и живёт; он как бы... вне времени и пространства.
Куда бы ты ни зашёл, при желании найдёшь достаточно глубокое содержание, которое - в зависимости от того, куда поведёт тебя дорога сегодня - окажется вписанным в тот или иной контекст (за счёт чего только расширится).

Иконы в византийских залах, у нескольких из которых стоишь и читаешь молитву.
(Это очень редкое явление, на мой взгляд. Т.е. я всегда считала, что иконам в художественных музеях не место. Потому что музеи слишком музеи, и иконы в них становятся, скорее, экспонатами. Но в Эрмитаже ты словно попадаешь в храм. Народу почти нет, тишина и приглушённый, но всё-таки достаточно яркий свет. И вообще никакого противоречия не ощущается).
Мебель из корней дерева в залах про Восток (там словно Толкин оживает), магические блюда в иранских, миниатюры на слоновой кости в рамках индийской экспозиции, тибетские мандалы, невероятно прекрасные работы Андо Хиросиго.
Т.е., возможно, у меня предубеждение против московского музея Востока. Он огромный, там чудесные работы Рерихов.... Но несмотря то, что выставляемое там роскошно, оно не рассказывает историй. Оно словно обросло паутиной и молчит. Ты приходишь посмотреть на то, что когда-то обладало содержанием, имело немалое религиозное и культовое значение. Но сейчас оно накидано друг на друга, всё пытается перекричать всё, и в итоге как ему донести хоть слово?.. Самый что ни на есть музей.

В Эрмитаже по-другому)
Ты стоишь возле "Вида бухты Сибаура" А. Хиросиго и не можешь отойти от неё минут 20.
Не потому что так уж тебе нравится это полотно (сложно воспринимать европейскую живопись, но японскую в чём-то ещё сложнее) - но потому что ты можешь стоять тут и слушать (видеть / читать).
И так почти у каждого экспоната.
Удивительно)

Очень радует библиотека Николая II. Сдержанная, но при этом разумная, с небольшой галереей.
Изумляют Золотая гостиная и будуар Марии Александровны (вот уж где правда роскошь и блеск).
Восхищает садик-сквозная галерея на уровне 2-го этажа.
В нём статуи фонтан, что-то цветёт, и, кажется, хорошо-хорошо.

Но хотя есть своя прелесть в такого рода обзорных экскурсиях, меня неодолимо тянет к Рембрандту.
Я думаю, что дойду до него минут за 5-10, но забываю, что нахожусь в Эрмитаже)
Потому, конечно, плутаю (и даже почти отчаиваюсь), но беру себя в руки и добредаю.
... Не хватает уже сил на глубокие переживания, но всё-таки расцветают иными красками и "Концерт" Брюггена, и "Детство Христа" Хонткорста, и "Портрет учёного", "Прощание Давида с Ионафаном", "Возвращение блудного сына" Рембрандта.
Если совсем-совсем обобщать, для меня важно выделить три момента.

Первый про то, что в этой внешне мрачной голландской живописи, подчастую изображающей быт простого народа, библейские реалии словно бы перенесены в мирную жизнь. Смотришь на виноградника или гусляра, а видишь сияние духа.

Второй про то, что Рембрандт суров. Про то, что, даже если проживаешь совсем поверхностно, перед душой открывается целый огромный мир. И в этом мире немало горестей, оставляющих глубокие морщины на лицах. (Слишком, слишком ни о чём трактовки, которые предлагают экскурсоводы (большинство).
Они словно рассказывают про цепочку, в которой за А следует В, а за В - С.
А при чём тут все эти буквы, когда вот ты стоишь в уголке, а тебя трясёт?
Зачем мне в деталях знать историю блудного сына, покуда я не увидела доступных мне мыслей-эмоций?
Мне даже и не в деталях не очень нужно поначалу, но кругом почему-то рассказывают - по-русски, по-французски, по-китайски, по-английски).

Но третий про то, что за этой суровостью скрыты мудрость и свет.
Это можно проследить на ряде полотен, но сегодня случилось, пожалуй, особенно говорящее нечто.
Я стояла у "Прощания..."; это довольно мрачная работа про грозу, горы, собственно, прощание.
Погода сегодня менялась в течение дня, тучи то закрывали солнце, то наоборот.
В зале про Византию хлопали занавески, и как-то всё это прекрасно стыковалось с иконами.
В голландском же зале солнце иногда приобнимало гардины с внешней стороны - и довольно на поверхностный взгляд мрачная картина оказывалась светлой-светлой; а потом отпускало их - и можно было увидеть мрак, сгустившийся ниже уровня гор. И понятно же, что, вроде, погодные условия создают разные прочтения)
Но держа в голове то, что ты видел, ты ярче переживаешь и ужас, таящийся в грозовых тучах, и всё-таки свет, который льётся с левой стороны неба. И так оно наполненно становится.

... После Эрмитажа меня выбросило в другое отношение к иномирью на лекции открытого философского.
Там внезапно сгустился мрак, какая-то непроходимая безнадёжность окутывала зал.
Но несмотря на то что порой звучали правильные вещи, сердцем я задержалась в том дневном калейдоскопе из веков.
И, думаю, оно к лучшему.

@темы: тяпкой в душу, мир на сетчатке глаза, коробка с красками, в зеркале моих восприятий

18:47 

Следуй за белым кроликом (с).
Выставка С. Дали в музее Фаберже прекрасна)
*Во-первых, 1-го мая мы приходим - а очереди нет (несмотря на то что можно купить электронный билет)! Я не знаю, как они это делают))*
Т.е. в первые, наверное, час-полтора тебе достаточно плохо физически.
Ты не хочешь смотреть на то, что выставляется, ты мало того, что не понимаешь, о чём оно, - тебе кажется, что оно в корне противоположно твоим собственным воззрениям.
В первом зале, вроде бы, сосредоточено всё то, что ты терпеть не можешь: разрушение ради разрушения, апофеоз бессознательного, а главное, попытка переосмыслить классику.
Дали рисует скульптуры Микеланджело в своей манере; он пытается посмотреть на них со своего ракурса; и, конечно, получается, скорее, красиво, но всё-таки очень, очень непонятно, зачем.
Художник словно вытаскивает из работ мастера одну неочевидную грань; но она ведь и так в них заложена; а помимо неё - ещё много других, которые, вследствие такого рода переосмыслений, теряются.

(Это то, за что я очень не люблю посмодернизм; как правило, в нём очень бедное - хотя внешне оригинальное, интеллектуальное и т.п. - содержание; он почему-то утверждает, что понимает классику и имеет право к ней апеллировать; но, на самом деле, он просто выдёргивает из неё какие-то поверхностные слои и начинает с ними играть; словно бы эта игра сделает его содержание на крупицу богаче).
Но, если честно, это болезнь первого часа.
Стоит выйти из первого зала и начать читать чуть глубже, как приоткрывается то, что ты сам для себя закрыл.

Выставка эта ведь филигранно организована.
На ней представлено много иллюстраций С. Дали к "Божественной комедии" Данте.
И вот первый мрачный зал про ад, второй посветлее - про чистилище, а третий - в котором солнце захлёстывает окна - про рай.
Поначалу тебе кажется, что, ну, подумаешь.
Ты ведь не рассматриваешь ад в деталях (он очень, очень угнетает).
Но по мере приближения к раю твоё психофизическое состояние заметно улучшается.
И ты вдруг начинаешь осознавать, что тот мрачный флёр во многом обусловлен этой жутью; тем_на_что_невозможно_смотреть, но ты всё-таки смотришь, и оно на тебя - и т.п.

... Дали не становится для меня менее жутким от этого.
Мне визуально нравятся и "Фигура и драпировка на фоне пейзажа", и картина по мотивам "Пьеты"; интересуют меня "Пейзаж с загадочными элементами", "В поисках 4-го измерения", картина по мотивам "Моисея".
Для меня это правда какой-то триумф бессознательного с привкусом безумия.
Визионерство, не подпитанное строгой мыслью.
И я бы и закрылу эту книгу и по возможности больше бы не открывала, когда бы не те иллюстрации к комедии Данте, которые мне посчастливилось на выставке увидеть.

Т.е., когда вглядываешься в них подолгу (только бы не в ад)), испытываешь эйфорию.
Тебя вдруг словно ударяют молоточком по голове, тебе протягивают стакан холодной воды в пустыне.
Такого_рая не было бы без ада и чистилища.
Ты бы прошёл мимо него, не понимая, зачем он тут.
Но когда ты изнемогаешь, когда тебе нужны ответы на не дающие покоя вопросы, когда тебе хочется выкинуть этот ад из своего внутри, ты обнаруживаешь: вот же оно!
Такое светлое, такое говорящее; дарующее прощение после раскаяния, поражающее красотой.

А дальше в голове вопросы: неужели и это тоже он?
Неужели он мог так писать свет? Неужели он так его видел?
Но если он мог... для чего он писал другое? Что он хотел этим сказать?
Что - пытался найти?..
И вот когда ты начинаешь задавать себе такого рода вопросы, ты и на прочие картины принимаешься смотришь по-другому.
Ты уже не просто их чувствуешь, или как-то по своему видишь, или пытаешься расшифровать многочисленные детали - но ищешь то, что их для тебя объединит.
Некий путь - с его сомнениями, страхами, борьбой, с его поисками и радостями, неудачами и открытиями, с его мыслью.
Самоценный, неповторимый, прекрасный.
И вот не так много картин на выставке, но что-то начинает нащупываться (развёртываться).
И ты уходишь, в целом, понимая, где стоит искать.
Не укутанный негативным флёром - но с интересом.

Прежде чем завершить этот пост, я бы всё-таки хотела отметить, что в отдельном зале показывают фрагмент фильма про С. Дали.
Фильмы, на мой взгляд, не так частно уместны на подобного рода мероприятиях.
Но этот надо видеть, пребывая на этой выставке.
Он какой-то ненавязчивый, добрый и расставляет кусочки мозаики по своим местам.

Фильм про последний шедевр мастера - про его театр.
Он и длится-то совсем недолго - но это недолго протекает за секунды.
Тебе показывают, как видят другие люди, что и как говорит сам Дали.
А главное, ты ощущаешь силу духа художника, его позитивный настрой, любовь к жизни.
Это воодушевляет и помогает углубить видение)
... И если первый зал оставил без сил, тут ты вновь обретёшь их)

@темы: кружок по плетению мыслей, коробка с красками, в зеркале моих восприятий, а - так

03:39 

Следуй за белым кроликом (с).
Почему-то художественная литература оказывает колоссальное влияние на самоощущение (а зачастую и на то, как сплетаются события между собой), когда читаешь её медленно.
Буквально неделю назад я ходила на выставку Айвазовского, поняла, что очень мне там тяжело (хотя я была практически на такой же в Москве) и что нужно срочно дочитать Ефремова и посетить её ещё раз.
Дочитала, посетила.
Совершенно иные впечатления)

В прошлый раз я не знала, что мне повезло.
Я простояла каких-то 45 минут под дождём, случайно встретила своих бывших студентов (точнее, они меня :)), прогуляла на выставке вплоть до её закрытия...
... И всё это время я боролась с мелочностью в себе.
Мне было трудно воспринимать картины, потому что огромная масса сил уходила на противодействие желанию раскритиковать людское поведение (не свойственное мне желание; я могу выражать своё несогласие с кем-то довольно резко, но всё-таки не переносить его на своё отношение к человеку, своё видение его).
Я могла только его удерживать (не пресечь полностью); параллельно думая о том, откуда оно во мне.
Нить привела к Ефремову)

Сегодня я честно отстояла час сорок на ветру.
Было холодно, порывался пойти снег - но, однако же, никто не уходил.
Это не было похоже на безумие (когда очередь повернула на финишную прямую, мы оказались напротив ларьков с матрёшками и прочими сувенирами; возле них сидели продавцы - по сравнению с их каждодневной многочасовой работой на ветру ли, под дождём ли, под снегом ли, наши час сорок казались чем-то призрачным, несерьёзным) - это просто совершалось.

... В прошлый раз я ничего не знала про то, как устроена выставка.
А она в Питере в виде двух рукавов.
В одном - картины военной тематики, в другом - "мир".

Неделю назад я, конечно, начала с войны.
Когда делаешь так, захватываешь кусочек оной в мир и искренне не понимаешь потом, почему страшнейшие штормы расположены в этом кармане.
... Когда меняешь рукава местами, восприятие кардинальным образом меняется.
Объяснимо это, вроде бы, просто: силы активно воспринимать пропадают часа через два; соответственно, волей-неволей то, что ты видел в начале, оказывается организующим звеном.
То последнее, на что сил уже нет, воспринимается через призму первого.

Отлично плыть сперва по мирному рукаву)
Я не писала, но питерская выставка сильно отличается от аналогичной московской (хотя чисто формально почти все картины, за исключением нескольких, те же).
Основных (с моей точки зрения) отличий два.

В Москве больше пространства, и дело тут не только в "количестве".
На прошедшей там выставке было задейстовано два этажа; почти все картины были собраны на первом, "мостиком" служил "Великий потоп", на втором же зритель сталкивался с моделями кораблей, флагами и т.д. и т.п.
Прелесть была в том, что со второго этажа можно было как на ладони видеть некоторые большие полотна с первого.
Сверху они выглядели совершенно иначе; настолько, что, спустившись обратно, ты начинал рассматривать прочие метров с 20-ти (это было не то что сверху, конечно; но и не то что с метра-с двух; точка_с которой_можно_воспринимать_в меру_объективно, потому что взгляд целостнее).

В Питере такое пространство можно нащупать исключительно в некоторых военных залах (и это здорово, очень уместно, я бы сказала), зато здесь есть то, чего не было в столице: бережность.
Тут всё расставлено с любовью; тут подчас очень внезапные скачки мыслей, но, если их улавливать, понимаешь: ни одна картина не находится вот_именно_в этом_углу просто так.
Более того: ты словно вписан в некую морскую повесть.

Тебя то довольно беспощадно швыряют (впрочем, никогда не в эпицентр стихии), то вдруг гладят по головке так, что на лице отрастает улыбка.
Почти вначале были бури без надежды на спасение, через "Девятый вал" (он очень светлый для меня, несмотря на) тебя провели в ещё более страшные бури, к мысу Айе, например, где ты вдруг начинаешь слышать музыку (в такие моменты кажется, что лучше бы "Похоронный марш"; он, конечно, мрачнее и тяжелее, но тихие шаги безысходности хочется сделать хотя бы громче, но если бы), - а потом вдруг спад. Переворот на 180 градусов - нежность, закаты, эстетика, волшебство...
И ведь там чисто тематически (и технически, кстати) есть очень жёсткие вещи.
Про взрыв монастыря, про желчь (?) каракатицы, с помощью которой написано несколько полотен, про те же самые штормы...
Но превалирующее настроение иное. Тебе честно дают выдохнуть.

Улыбаешься, проходя мимо тихих ночных турецких кофеен; весь сжимаешься внутри перед картиной про Пушкина (она названа "Прощай, свободная стихия..." - и на тебя обрушивается трагедия поэта, нарисованного мятежником внутри, который в последний раз смотрит на то, что ему созвучно); не можешь оторваться от "Данте и художник в горах" (потому что Айвазовский - сказочник, конечно; но как же прекрасно ему подчас удаются небо и мифология) и вообще от всего, что про горы.
У Айвазовского не очень много гор, но до чего же сказочные изображенные им ущелья!)

Ещё я очень люблю его штили и рассветы)
Штили у него зачастую словно стеклянные, про бесконечные отражения, хрупкость и тонкость; рассветы - про торжество дня, про улыбку до ушей и ликование.
(Про одну картину я думала, что на ней закат; стояла и удивлялась, отчего чувства-то такие яркие, незакатные)) Добралась до названия - оказалось, рассвет :))

... То чуть слышный полёт, то безмолвное созерцание, то стойкость и непоколебимость.
И даже картины околорелигиозного содержания не стоят особняком, как это ощущалось в Москве, но также аккуратно вписаны в общую канву.
И фонари (!), и флаги, и модели кораблей, и колокол - всё на месте.

... В Питере, в отличие от московской выставки, нет ни слова про картины.
Не знаю, плюс ли это, минус ли (я не любитель такого рода информации, но в Москве я её частично читала, и не могу сказать, что она была однозначно лишней) - но оно сосредотачивает.
Вместо того, чтобы узнавать, что Айвазовский не был в Антарктиде, а написал "Ледяные горы", ты просто смотришь на них, пытаясь воспринять настолько глубоко, насколько сейчас можешь.
Если это принципиально (что он не был там), ты и так поймёшь; если нет - то какая разница?..

Ухожу через 3,5 часа, потому что нужно ехать в 1-й мед.
Но на самом деле, дело не не только в этом)
Как мне кажется, Русскому музею удалось написать море внутри моря.
И если пытаться воспринимать его в меру глубоко, достаточно быстро пропадают силы.
Попытки сконцентрироваться на том или ином изображении через 2,5 часа обречены на неуспех)
Ты начинаешь плыть, вместо того чтобы стараться думать.
А оно, вроде бы, незачем.

Уходя, думаю, что тут нет рериховцев, которые озаботятся твоим состоянием, накормят обедом и отправят гулять на 15 минут (сравнительно долгий перерыв теоретически может вернуть концентрацию; но может и не вернуть)).
И, конечно, на выходе взглядом утыкаюсь в картину Рериха.
Это неудивительно (в том плане, что она там не один год висит :), нужно только вовремя поднять голову), но забавно)
Чудесная выставка)

@темы: сказка в дверь стучится, коробка с красками, воспоминательное, в зеркале моих восприятий, а - так

01:26 

Следуй за белым кроликом (с).
1.45 на морозе - и ты в Эрмитаже.
(Сегодня день бесплатного посещения, поэтому как-то так).
Холод всё ещё действует на меня отрезвляюще.
Мышление не активизируется, конечно, - зато куча лишнего хлама выметается из головы, и ты заходишь в музей способным на более ли менее ли глубокое восприятие.

Действовать надо быстро (времени мало) - и я совершенно безапелляционно направляюсь в голландские залы.
Любовь к Голландии у меня с Парижа.
Мы с мамой попали в Лувр также в день бесплатного прохода.
Всюду ходили толпы.
Спасаясь от них, мы свернули в непопулярные залы.
Там, в полумраке, под бледно-зелёным светом, сосредотачивалась голландская живопись.
Не было ни-ко-го - и я вдруг увидела, насколько оно хорошо при таком освещении.
Насколько разговорчиво)

... Но давайте сначала о неприятном.
Или - на худой конец - странном.
В Эрмитаже (а преимущественно в голландских залах) сейчас выставляется творчество Яна Фабра.
Я видела его работы, когда в прошлый раз была тут и искала творения итальянских мастеров (а вместо этого влюбилась в Мурильо).
Но в тот раз я натыкалась только на картины, выполненные шариковой ручкой, на чучела животных и на произведения из панцирей жуков.
Это, в целом, было терпимо, хотя и непонятно (сегодня вот люди увлечённо фотографировали чучела сов, и впечатления от этого я лучше не буду передавать словами).
Сегодня уровень сложности повысился)
В поле моего зрения попали рисунки, выполненные кровью художника, и инсталляция "Я позволяю себе истекать" (16+).
Я была очень рада тому, что нахожусь недалеко от (непосредственно в) голландских залов 16 века.
Ибо воздействие творений сих столь разрушительно, что хорошо иметь под рукой противоядие.
... Едва выносимо (при условии, что стараешься не смотреть в эту сторону).

И вот где-то там же - Голландия, 16 век.
Картины, у большинства из которых замираешь и стоишь долго-долго.
Ибо в них воплощён дух.
Но если от итальянских произведений околорелигиозной тематики веет спокойствием, чистотой, верой, красотой (т.е., скорее, неким чувством), то от голландских этого периода - мыслью.
Будь то "Святой Бавон" Синт Янса или "Голгофа" брауншвейгского монограммиста.
Т.е. ты подходишь к полотну - и начинаешь читать.
И оно развёртывается, развёртывается, развёртывается...

Одним из самых важных для меня произведений сегодня оказывается "Пейзаж с легендой о святом Христофоре" Мондейна.
Сначала эта картина отталкивает (не люблю я, когда с деревьев свисают отрубленные головы), но потом ты проникаешься её многогранностью, глубиной - и исчезает желание куда бы то ни было уходить.
Какая-то чертовщина на всех планах, кроме главного.
Но она здесь не с тем, чтобы что-то разрушить.
Недаром Мондейн - ученик Босха.

Очень много трогательных перекличек)
Эха, эха много.
Например, сегодня я прилипаю к "Кающемуся святому Иерониму" Хенессена, одновременно вспоминая о том, что картину про него недели две назад видела в Пушкинском.
Или бреду сквозь какой-то бездуховный 17 век и останавливаюсь у "Пейзажа с Товией и ангелом" Блумарта (в прошлый раз я долго стояла у "Прощания Товии с ангелом";)
Или думаю, куда свернуть, и чуть не врезаюсь в Мурильо) И столько радости, столько света...))

... Почему, собственно, бездуховный (точнее, что я под этим подразумеваю).
Вот идёшь ты сквозь век 16; где ни остановишься - что-то почувствуешь.
Не потому что все художники такие гениальные - потому что, кажется, это (обозначим это словом духовность) витает в воздухе. Живописцы не придумывают ничего (что касается религиозных сцен, например), они именно что так видят.
Добредаешь до 17-го - и словно весь смысл вырезали.
Словно люди просто_рисуют, вместо того чтобы воплощать.
Не потому что не понимают, что что-то рисуют, - но потому что теперь приходится искать.
Словно бы новая форма нужна, как минимум.

И кто-то её упорно ищет и как будто находит.
Например, Рембрандт.
Его картины от произведений 16-го века разделяет пропасть.
Но они качественно новый шажок на пути искусства.
В них, помимо мысли, присутствует индивидуальность (понятно, что она в и в 16 веке присутствует; но всё-таки на религиозных произведениях того времени мне видится печать отстранённости).
И это создаёт мощь.

"Прощание Давида с Ионафаном", "Снятие с креста", "Возвращение блудного сына" - ты к ним просто прикован.
Для тебя они про поиск формы (про этакую творческую лабораторию) и одновременно про беспрекословное "света больше, чем тьмы". Выраженное не только в технике - в ощущениях от полотен.
И про сопутствующее содержание, конечно.

... Вообще удивительно, как оно приоткрывается, когда вот так медленно проходишь.
Сколько снятий с креста ты видел, сколько Голгоф - но каждое (почти :)) новое видение ведёт к новым, совершенно нежданным осознаниям.
И ты выбираешься из Эрмитажа потрясённым.
Тебе нужно переварить эту мистерию!..
А тут француз с коронным: "Здесь (в Питере), наверное, почти не бывает солнца".
- Да где ж не бывает? - думаешь ты, идя по набережной Невы к дому. - Вон полыхает как всё!
... Ярко-жёлтое зарево прорывается из-под затянутого облаками неба.
Идеальная иллюстрация того, что видел сегодня в музее.
Очень люблю Эрмитаж.

@темы: тяпкой в душу, мир на сетчатке глаза, кусочки счастья, коробка с красками, в зеркале моих восприятий

03:10 

Следуй за белым кроликом (с).
Я не ожидала, но на выставке "Художественные сокровища России" оказалось очень хорошо!..
Полусумрачные залы, веер чудес и мало-мало людей.

... Всё началось с того, что я честно бродила по залам с иконами, как вдруг увидела в одном из них в меру старинный шкаф (шкаф там - что-то типа декорации). Я не собиралась его рассматривать, но краем глаза уловила характерные краски, обернулась... ну конечно, картины (рисунки?) Рериха))
Целых две на шкаф, в котором огромные фолианты, в основном, стоят и который - правда-правда! - для красоты в зале про иконы стоит.

А дальше стало и того лучше.
Идёшь - а на тебя со стен глазеют картины, многие из которых прекрасны и глубоки.
Художники разные, видение у всех своё, содержание тоже...
В попытке вырваться из этого круговорота и собраться с мыслями заворачиваешь в зал про Айвазовского и замираешь.
Там из колонок доносятся звуки волн.
И это так трогательно)

Мрачных картин в этом зале внезапно почти нет; зато есть "Стихия".
Я искала её (не конкретно эту картину, но попытку воплотить что-то подобное) на выставке, посвящённой творчеству этого мастера, но не нашла.
А тут внезапно она оказалась.
Совершенно прекрасная, иномирная, честная...
Паззл про Айвазовского начал складываться в моей голове)

... А в зал про 20-й век время от времени врывается громкая классическая музыка, и балерина (а может, её проекция) начинает танцевать балет.
И не очень понимаешь, к чему это всё там, но оно... невероятно идёт Кандинскому)))
Кандинский занятный)
На каких-то полотнах он неприкрыто изображает мысли (мне очень понравился в этом отношении "Пейзаж с мостом"; формально не придирёшься: есть пейзаж, есть мост; а реально совсем другое на картине видишь)), а на каких-то как будто прикрыто.
Ты долго стоишь у картины "Василевское", терпеливо задавая себе вопрос, зачем она создана (какую мысль хотел выразить автор).
Вариант: "А захотелось ему вдруг пейзаж красивый нарисовать!" - тебя категорически не устраивает, потому что неправда.
... В какой-то момент догадываешься приблизиться и начинаешь подозревать, зачем.
А это такая радость)

Не только в случае с Кандинским, но просто когда видишь полотно и принимаешься считывать его содержание.
Не формальное: когда душевное, когда духовное.
Развёрнутый ответ на вопрос: зачем это нарисовано.
... В момент, когда что-то подобное происходит, прежде сжатое становится развёрнутым.
Перед тобой уже не просто горы, или море, или какой-то библейский сюжет - мириады разнонаправленных ощущений, образующих что-то единое, целое; а чаще не мёртвые мысли. Чаще, включаясь душой / мыслью в происходящее, ты расширяешь своё мировидение. Прочитываешь картину как роман Достоевского или концерт Рахманинова. Концентрируясь не на сюжете, а на том, что сокрыто за ним.

А ещё в этом зале есть работа Шагала, и это волшебно))
А в соседнем - полотна Клевера. Сказочные-сказочные :)
И Саврасов с его пронзительными красками, и Левитан с его задумчивостью, и Берггольц с иномирностью, и Лагорно с горами (!), и Кустодиев с чистотой помысла.
И Шультце с "Зимним пейзажем в солнечный день", от которого попробуй себя оторви))

... А в зале про Васнецова, Нестерова и русский дух :) в качестве сопровождения колокольный звон.
Так бы стоял и слушал.
Да и стоишь - что перед "Раздумьем" Нестерова, что перед "Палатами царя Берендея" Рериха.
Палаты такие яркие и волшебные...)
*Но картина из шкафа мне ближе и понятнее, если честно)))*

Совершенно чудесная выставка.
Так бы и поселилась там, кажется)
Очень бы хотелось уделить больше внимания отдельным полотнам.
Славные они)

***
А вот где-то за неделю до этого я была в Пушкинском.
И то ли не близка мне европейская живопись (хотя в Эрмитаже, вроде, близка бывает)), то ли хорошо бы интенсивнее учиться воспринимать неприродное, то ли слишком много в этом музее копий, и это накладывает определённый отпечаток на оригиналы, но как я ни старалась смотреть глубже, получалось плохо.

Интереснее всего (мне) в залах про Возрождение и Италию.
Там сплошь библейские сюжеты, но, если не зацикливаться на деталях, ловишь вполне определённое ощущение от картин.
Больше всего меня там поразила "Голгофа" Веронезе и мастерской.
От неё не "вполне определённое ощущение", от неё глубокие чувства и мысли, и это здорово.

... Но стоило мне уйти из этих залов, как я потерялась.
Словно бы что-то было, а его вдруг отняли.
И вместо него радостно предлают другое, лишённое самого важного.
Говоря: тебе кажется, оно (самое важное) тут есть!
Возможно, ты не там ищешь. Но не находишь*.

То есть картины красивые местами.
Но для меня пустые.
Прекрасно изображающие внешнее, но очень туманно, неотчётливо что-то ещё.
Словно бы это что-то настолько трудно увидеть, что и изобразить не получается.
... Но повторюсь отчасти: в Эрмитаже я люблю произведения не итальянских мастеров.
Я нахожу в них то, что ищу)
Мимо него в принципе трудно пройти, как мне кажется)
Загадочно!

@темы: сказка в дверь стучится, мир на сетчатке глаза, коробка с красками, в зеркале моих восприятий, тяпкой в душу

Упражнения в прекрасном.

главная