Хэтта
Следуй за белым кроликом (с).
Душевная область - это прекрасно и замечательно, но в ней теряешь себя. Настолько, что в какой-то момент оказываешься неспособным делать что-либо. Т.е. у тебя, безусловно, может быть план и осознание разумности действия как такового, но сил на воплощение чего бы то ни было почти нет. Даже стеклорез, и тот тебя понимает отказывается резать стекло, хотя, в общем-то, мог бы напрячься.

1. Внезапно пишет Женя. Кажется, что соглашаться на ночную поездку в преддверии утренней, по меньшей мере, безумно и безответственно, но ответственность не свод правил, и иногда, чтобы нащупать оную, нужно рискнуть.
В ночь мы отправляемся в Зеленогорск. У Финского тепло и безветренно; небо медленно, но стремительно меняет одежды из предзакатных и закатных цветов. Почти идилличная атмосфера окутывает всё вокруг; всюду парят чайки и их смешные птенцы, где-то вдалеке ходят немногочисленные рыбаки, на пирсе красиво и уютно.
Но как же не побродить по заброшке в ночной час))
Снаружи кажется, что ну клуб, ну стекла кругом разбросаны, ну типичная советская архитектура, а внутри изумляют сохранившиеся навека туалеты, почти винтовая лестница, масштабы пространства (и его организация как таковая) и - вдруг - комната с трубами. Эти трубы очень напоминают граммофоны, странно, что их так много, а при этом всё на месте словно.
Где-то над ангаром на пару мгновений становится страшно. Не из-за высоты, но из-за той самой замкнутости вкупе с непонятными голосами, которые мы в какой-то момент услышали. Но все страхи уходят, стоит только выбраться на крышу) Какую опасность может таить в себе простор?.. И может ли в принципе возникнуть мысль об оной там, наверху? Ликование, радость, ощущение свободы; всё то, что ловишь, когда выбредаешь из леса на дорогу. Ты пока не знаешь, куда она ведёт, но больше ничто на тебя не давит.
А в остальном - надёжность. Твердокаменная, непоколебимая. Потому что ребята. Потому что может происходить какая угодно жесть, но мы всё равно выберемся.


Возвращаемся к заливу - а там лунная дорожка. На такую заглядываешься на южных морях - но здесь она неожиданнее и потому волшебнее. Бродит за тобой, становится то уже, то шире, то ближе, то дальше. В какой-то момент так хочется пробежаться уже по ней!..)
И прекрасная луна - огромная, несуразная, предстающая в разных цветах от ярко-жёлтого до почти красного; заходящая (!) за вдруг подвернувшееся облачко (никогда я не обращала внимание на то, что луна тоже заходит), выпадающая сквозь него почти к линии горизонта)

В белую ночь небо не становится темным, что особенно ясно видно, когда находишься на природе. Однако ближе к рассвету оно начинает светлеть. Свечение это тихое, мерное, про непонятные белые полосы и свет в душе. В моём случае сонный такой свет (внутреннее состояние даёт о себе знать таким образом), да и свет ли, право, но тем не менее.
На камнях не чувствуешь себя вполне уверенным (особенно на крупных камнях, хотя казалось бы), но всё-таки это не коса в Комарово с камнями под водой и в воде (очень греет эта мысль)), поэтому где-то быстрее, где-то медленнее, а всё-таки прыгаешь вперёд. Недовольные чайки-дозорные будят своих сородичей, когда мы проходим мимо, и какие-то даже лениво взмывают в воздух, а какие-то остаются досыпать. Лягушка поёт серенаду, предутренние запахи становятся всё ярче, предрассветные краски - задумчивее.
Окружённое отдельными деревьями, у самого берега тлеет бревно. И так это здорово - наткнуться на костёр в утренний час и побыть рядом недолго!..
Там-то мы и замечаем корабль.


Он медленно (на самом-то деле, конечно, отнюдь нет) идёт где-то вдали, отражая солнце своими широкими белыми боками, как вдруг в какой-то момент заходит за остров (т.е. с такого расстояния не очень-то понятно, за что).
Остров странный; он и перед кораблём, и за ним; но при этом само судно видно довольно отчётливо. Как в книжке про Маленького принца слона в удаве. Разве что не настолько детально.
И ну мало ли что бывает)
Мы продолжаем свой путь, добираемся до чудесных песчаных дюн в окрестностях Комарово (там что-то со мной случается, и я просыпаюсь из того малоприятного душевного состояния; в час, в который на природе обычно физически засыпаю). Всё кругом уже пробуждено, нас окутывает запах моря и утренней свежести, окружают чайки, утки, гордо парящий в вышине ворон... Такое красивое всё вокруг, такое манящее)
... А вечером ребята рассказывают мне, что то, что мы видели, было фатто-морганой. И я ничего, конечно, не знаю про это явление, и мне довольно сложно понять, что - с физической точки зрения - оно из себя представляет, но это совершенно прекрасно) Сказка, которая вдруг случилась, пока вы 9 часов бродили по побережью Финского.
И очень от этого радостно, очень светло.


2. 4 часа сна - и вот мы с Олей едем почти туда же, в Сестрорецк. Оля любит архитектуру, особенно модерн, и в Сестрорецке её интересуют, в первую очередь, местные заброшенные (и полузаброшенные) дачи.
Я сонно хожу вместе с ней, радуюсь обилию сосен (никогда не была в Сестрорецке прежде, а он, между тем, весьма зелёный), Сестрорецкому заливу, на противоположном берегу которого я когда-то стояла, реке Сестре, котикам (их тут почти столько же, сколько в Дубне), как вдруг мы выходим к заливу - и весь сон как рукой снимает))
Залив, по берегу которого бродил несколько часов назад, не то чтобы совсем другой, но волшебный-волшебный. Над ним застыли облака, мерно отражающиеся теперь в глади моря, а линию горизонта местами совсем не видно (на её месте дымка, переходящая частью в облака, частью в отражения этих самых облаков), и кажется, что одинокий рыбак вдалеке вот-вот пойдёт по изнанке неба (да и ты пойдёшь, и любой другой; было бы желание).
Идиллично, тихо (несмотря на то, что пляжи отнюдь не безлюдные), и взгляд попросту не оторвать.

Море, перетекающее в небо.

... Брести босиком по горячему песку (который тактильно ещё и везде разный), периодически забредая в воду и радуясь как ребёнок, - идеально.
Лежать на этом самом песке и чувствовать, как растворяется в воздухе накопившаяся усталость, - тоже.
А главное, наблюдать за тем, как счастлив человек, бредущий рядом))
"В Москве нужно море!" - краткое содержание этого дня, или то, что Оля повторяет не раз и не два :)
Может, оно и так)

Наш путь пролегает через многочисленные пляжи, в т.ч. внезапно и нудисткий, мимо людей и музыки, мимо угрожающе зелёной воды, но всё это вдруг оказывается нерелевантным. Ценно само ощущение, а оно этим жарким днём про то, что вы где-то на юге на курорте.
"Тут как на Мёртвом море", - резюмирует Оля; мне нечего на это ответить, но вполне может быть)

... С ребятами утром мы дошли до Комарово, а с Олей вечером - до Солнечного.
Это сюрно очень, конечно (от Солнечного до Комарово я не так давно ходила, во-первых, а во-вторых, когда несколько дней назад я думала о том, что неплохо бы побродить у Финского, я не рассчитывала, что проведу в окрестностях оного 9+5,5 часов), и радостно.
В Солнечном ярко пахнет соснами, солнечно и в такую погоду ожидаемо лениво))
И из него уезжать замечательно, кстати.


3. После прогулки босиком все ноги (нелогично, на мой взгляд, но таковы факты :) радостные, ибо про кривое-косое, но пробуждение) в мозолях, но когда и кому это мешало дойти ночью от Московского вокзала домой пешком.
Пару часов назад в разных частях Питера моросил дождь (пришла туча, которую мы днём видели над Кронштадтом), но к этому времени перестал, и было чёткое ощущение того, что окончательно (как когда на небо выползает радуга; конечно, может, ещё капать, но исход битвы, в целом, предрешён). Я шла, фантазировала, как вдруг мне на голову полились потоки воды. Начался ливень; и тут уж истинно - ни с того ни с сего.
Т.е. да, конечно, были тучи, но ощущения-то))

На пару минут я от изумления спряталась под какую-то крышу.
"Питер, что ты имеешь в виду?" - спрашивала я про себя, пока всё кругом заливало.
Посмотрела на небо, которое было особенно беспросветным в той стороне, в которую я направлялась, эксплицировала, что на метро я всё равно не поеду (пусть и идти больше часа) и пошла через стихию.
Когда идёшь через ливень, важно не бояться (замёрзнуть, промокнуть и т.п.), но ступать твёрдо, уверенно, расправив плечи.
Только если ты не, включается радость вкупе с осознанием того, что всё это внешняя сторона вопроса.
Только если ты не, приходишь не мокрым (т.е. одежда-то мокрая, безусловно, но не мокрая; т.е. рюкзак у тебя был большую часть времени открыт - но так вышло, что воды в него вообще не попало).
Только если ты не, начинает потягиваться мышление, и твоя прогулка домой обретает смысл. Это своего рода точка в вопросе пробуждения тебя. Этакое логичное завершение похода, финальный аккорд.

***
Конечно, формально эти три части друг с другом никак не связаны.
Но для меня они неотделимы одна от другой.
Ибо они в т.ч. про разные уровни одного и того же явления.
Субъективного, внутреннего, но от того не теряющего для меня своего значения.

@темы: мир на сетчатке глаза, в объективе, в зеркале моих восприятий, сказка в дверь стучится, человеки!..