Хэтта
Следуй за белым кроликом (с).
Был у меня друг, с которым мы много вместе всего прочитали, в том числе "Таэ эккейр!" Э. Раткевич.
Был - а потом мы перестали общаться; так случилось.
Я не хотела этого, но научиться уважать чужие решения - это всё, что я тогда могла и могу (?).

Мне, вроде бы, незачем перечитывать Раткевич.
Она описывает ту сферу, от которой я хотела бы держаться максимально далеко. Трогательно описывает, по-своему тонко.
Но сколько скорлупок ты на себя ни надень, в конце она всё-таки произнесёт вслух то, что ты так тщательно скрываешь.
Ответ на то самое: "А зачем?".
Ответ, который ты и так знаешь, но который ни за что бы не произнёс вслух, даже (?) если вслух - это просто себе самому.
И никуда тебе не улизнуть от этой честности.

– Понял теперь? – осведомился Лерметт. – Нет? Арьен, лэн найри-и-тале! – И почему только Лерметт произнес нетерпеливое повеление «подумай хорошенько» именно по-эльфийски? – То, что ты сейчас делаешь – ведь это тоже я!
Эннеари вскинул голову. Обрывок веревки выпал из задрожавших рук.
– Это тоже я, понимаешь? – настойчиво повторил Лерметт. – Ведь ты же от меня этому научился, верно?
Арьен надломленно кивнул.
– Всякий раз, когда тебе понадобится завязать посольский узел – это я рядом с тобой, даже если меня и нет, даже если я умер, все равно это я! И когда ноги себе ломать станешь – в том или ином смысле – когда примешь на себя боль, чтобы выбраться из ловушки, это тоже я! – Лерметт говорил с лихорадочной убежденностью, быстро и горячо. – И когда надумаешь себе смастерить, как собирался, воротник с припасом и пояс с секретом – это тоже я! И когда смиришь себя прежде, чем гневаться – тоже!
Эннеари пока еще не понимал… не совсем понимал – но лицо его осветилось жадной надеждой.
– Арьен, таэ эккейр – да как я могу умереть, пока ты жив, придурок! Куда я от тебя денусь, скажи на милость? Все, чему ты от меня научился, о чем спорил со мной, все, что мы друг другу сказали и еще скажем – ведь это я с тобой, пойми же. Уйти? Ха! Как бы не так. Мы не уходим от вас навеки – мы остаемся с вами навсегда.
Эннеари открыл было рот, но так и не смог ничего сказать. Губы его дрожали.
– Когда я умру, я просто останусь с тобой навсегда, только и всего, – тихо промолвил Лерметт. – И уже никуда не уйду. Ты всегда сможешь поговорить со мной – и тебе больше не придется меня искать или ждать. Я ведь буду рядом. А что ты моего ответа не услышишь – так всегда ли меня слышно теперь, пока я жив? Хотя… а кто сказал, что не услышишь? Я буду с тобой и в тебе, навсегда, насовсем… ты только прислушайся к самому себе повнимательней – разве я тебе не отвечу? (с)

@темы: воспоминательное, книжный червь, тяпкой в душу